Журфак

А что касается встреч, то я думаю, мы и дальше будем с тобой общаться. Только о романах Гончарова теперь будем говорить исключительно за чаем с вишневым вареньем. Я его варю мастерски!

На экзамене Петька действительно блеснул, точнее, затмил своими знаниями всех. Он, знавший и без того на отлично, готовился к экзамену так усердно, как не делал этого ни разу в школе и уж точно не напрягался так за все три года в университете.

– Учить тебя Петя, для меня была честь, – сказала Елена Андреевна, протягивая Петьке зачетку с единственной в ней пятеркой.

– А для меня честь была учиться у вас, – ответил он, и добавил, – Вы самый сильный преподаватель из всех, что я видел в университете, да и, наверное, из тех, кого еще увижу. Спасибо вам огромное. Вы воплощение ума, женственности и красоты. Вы удивительный человек.

– Спасибо Петя, мне очень приятно, – сказала Лопухина, и они попрощались.

Слова Петьки так подействовали на Елену Андреевну, что она, летая в облаках и пропуская мимо ушей ответы студентов, еще час ставила всем пятерки.

Домой Петька вернулся окрыленный и не первой в своей жизни пятеркой, а своим успехом.

– Как сходил? – спросил отец, услышав, что Петька пришел.

– Пятерка, – лаконично ответил тот.

И действительно, чего тут добавишь.

– Ну, я тебя поздравляю. Не зря ты сутками корпел над книжками, – удовлетворенно сказал отец и пожал Петьке руку.

– Только знаешь, – неуверенно начал Петька, – Эта пятерка не отражает всей глубины моих знаний.

Я знаю намного больше. На экзамен я шел не за оценкой, а чтобы получить удовольствие от общения с умным и достойным человеком. Когда она пятерку ставила в зачетку, я даже не испытал никаких эмоций. Эта пятерка заслуженная, вообще, оценка это формальность.

– Ну, сын, я восхищен. Наконец-то, Петя, ты узнал это чувство. Наконец-то, ты понял, что такое пятерка. Пятерка – это не оценка твоих знаний. Это удовлетворение. Удовлетворение от тяжелой работы, проделанной с блеском. Такова, сынок, психология победителя.

Отличники и чемпионы победы воспринимают как должное, а к трудностям относятся, как к развлечению.

Петька помолчал. Подумал, потом посмотрел на отца.

– Папа, мне уже двадцать лет, а ты только сейчас объясняешь такие важные, и в то же время, такие простые истины, – сказал он с легким огорчением, – Да, если бы я раньше это понимал, я бы и жил по-другому. Я бы не проскакивал на авось, на удачу и делал бы все капитально и основательно.