Река

Поток, течение, скольжение субстанции, к которой просто удобнее всего применить слово вода.

А тут какой – то звук? Или это галлюцинация, помеха в его голове, или в том, что ее заменяет… Но вот и источник писка. Муха! Летает вокруг. Летает ровно, точно по кругу. На одном расстоянии от него. И постепенно, медленно, увеличиваясь в размерах. А звук – то действительно есть. Он тоже становится ощутимее. Из комариного писка переходит в стрекотание, тихое, ровное, как у машинки парикмахера.

Он вертится, следит взглядом за этой игрушкой.

Она еще и растет, сужая круг облета. Вот уже можно разглядеть маленькую куколку на подушечке похожей на обрывок ваты. Или облака. Фигурка – негритенок в белом балахоне до пят – машет рукой, как махали вожди на Мавзолее во время парадов.

Вот и выросла эта композиция до натуральных размеров. Стрекотание постепенно ушло. Вращение вокруг него прекратилось, и негритенок, нет, скорее молодой негр, послал ему мысленное приветствие.

– Не удивляйся! – услышал, вернее, почувствовал он, приятный, молодой голос,

– Меня послали готовить тебя.

Мы теперь будем видеться часто. Я знаю твоё имя, Владислав. А ты зови меня, ну об этом потом. Мои советы, надеюсь, помогут тебе идти дальше.

Он был красивым чернокожим. Из африканских типажей ему больше всего подходил эфиопский тип. Правильные, практически, европеоидные черты – прямой нос, тонкие, красиво очерченные губы, нормальная для белых форма черепа. Волосы черные в крупных локонах. И только цвет кожи – иссиня черный – говорил об африканском происхождении.

Пришелец прочел его мысли,

– Да нет, дело не в происхождении. Я не такой, как ты. Я не душа. Я андроид, робот. Просто оболочка выбрана эфиопская. Да, плотик мой, как ты уже понял, имеет физическую сущность. Сделан под облачко, а моторчик – то жужжит. Так что запомни, что звучит – то искусственное. А вот ты, вернее душа твоя, бесплотны.

– Понимаю, хотя и трудно, – Влад обрадовался такому гостю, это внесло сразу море разнообразных эмоций, мыслей в монотонное скольжение по Реке,

– Что я должен делать, да и как к тебе обращаться?

– В моём названии ничего интересного, XJ – 018 – ZP, но ты можешь сам выбрать, как меня называть, как удобно тебе.

– О, вот это прекрасно! Я как тебя разглядел, сразу подумал, что ты из племени предков нашего поэта Пушкина. Пусть ты будешь для нас двоих Ганнибал. Так звали прадеда поэта.

– Идет! Так меня еще ни кто не звал. Теперь будем с тобой работать.