По ту сторону выбора

Что за жизнь! Сначала предки сдали в детдом, потом приставания от старших мальчишек, а теперь от меня нормальные люди шарахаются, потому что без слез не взглянешь… Хромаю, кожа вся сухая и морщинистая, в голове щёлкают идеи чокнутые какие-то… Как алкашка!

Мне 22 года, а я не знаю своих родителей. Я была ошибкой природы? Уродом? Вот она я. Училась, работаю, относительно соображаю. Может, они наркоманами были?

Хм… А ведь я могу попробовать найти в интернете. Захожу в «ВКонтакте» и с трясущимися руками начинаю набирать её имя.

Точно её? Понятия не имею, что в интернате сказали, то и введу. Так… Мария Самарина. Три варианта. Два не подходят по возрасту: одна из них подросток, другая пожилая женщина, а моя мать родила меня моей ровесницей. Вот. Есть вариант. Честно говоря, в восторг он меня не привел… Потому что я увидела абсолютную копию себя, только постарше… Это она… Но с ней явно что-то не то. По лицу видно, что она долго и упорно пила.

«Надеюсь, это она по мне горюет» – подумала я и осушила очередной бокал вина, посчитав свои мысли за тост.

К чёрту. Зачем оно мне надо? Эти модные статусы разведёнки (а все-таки интересно, это она с моим папашкой развелась или еще хахаля нашла?), явно не баба-работяга. Познакомлюсь еще, а потом всю жизнь тянуть на себе за то, что кинула меня. Так еще и воспользуется квартиркой, которая мне на халяву досталась. Хотя как это на халяву? Я 18 лет жила в аду этого интерната. Мне вообще должны дворец подарить, а не эту халупу однокомнатную, по которой ремонт плачет.

– Ой, Муська, ты же напугала меня! – вскочила я, когда рядом со мной оказалось моя кошка. Я взяла ее сразу после того, как въехала сюда. Вот, кто меня всегда выслушает и поймёт. Потому что её также бросили на улице. Ничего, вместе мы сила. Мы ещё всем покажем!

***

Машинально прохожусь швейной машинкой по ткани, а перед глазами её лицо.

«Может всё-таки связаться с ней? Ну мало ли какие ситуации бывают… Может денег не было, а может муж против… Да какая разница? Я бы никогда не поступила так со своим ребёнком, каким бы он не был.

Я всего лишь хромая и вспыльчивая. Не думаю, что такой я уже оказалось при рождении. Значит, скатертью ей дорога…»

– Нина, тебе записка от какого-то молодого человека, – я резко вздрогнула: надо мной возвышалась статная полная женщина, строго давая понять, что она не приветствует никаких записок. Вахтёрша Зинаида Георгиевна – добрая женщина. Но сегодня, видимо, у нее что-то не заладилось.