Молчи! Терпи! Подчиняйся!

Сморщенный, как сама дама, тональный крем, словно штукатура, местами пошел трещинами, вот-вот готовый посыпаться, как древний потолок. Один глаз смотрел на него, другой был полуприкрыт, видимо, из-за огромных накладных ресниц, которые глаз был не в силах поднять. Поняв, что слишком уж долго он рассматривает это произведение искусства, Майкл опустил голову, на журнал с местным контингентом.

– Один час – $80, два – $100, ночь – $200. Белье брать будете? Завтрак в номер, есть еще… – она бы могла долго продолжать, но у Майкла было не так много времени.

– Могу с собой забрать на ночь? – перебил он.

– Да, можете $200. Уже выбрали? Девочки в этом журнале, мальчики в этом.

Майкл листал первый журнал с семь минут. Люди были выставлены на продажу словно машины, указывалось все: возраст, вес, размер груди, обхват талии, бедер, умения, функционал, пробег, предпочтения, любимое топливо – красное, белое, сухое, полусухое и так далее.

Перелистнув очередную страницу, он увидел девушку, которая была очень похожа на Лизи.

«Эта!».

Он развернул журнал, женщина посмотрела одним глазом на номер, который значился на странице. Она набрала корявыми пальцами несложную комбинацию, раздались гудки.

«Кики, зайчик, спускайся. Клиент заберет тебя к себе на ночь» – сказала она и положила трубку.

Через пять минут, пока Майкл расплачивался и уже сидел в ожидании, по лестнице спустилась милая белокурая девушка, одетая в ветровку по пояс и джинсы в крупный горох, мелкую дырку. Образ венчали черно белые кроссовки, один из которых был черным с белой шнуровкой, второй белым с черными шнурками.

– Хорошего вам вре-мя-пре-про-во-жде-ни-я – произнесла дама.

– Пойдем? – спросила девушка.

– Угу – только и смог пробубнить Майкл, открыв дверь.

– Ты на машине? – спросила она.

– Как видишь, нет – вопрос его задел за живое.

– Тогда куда? – задала она очередной вопрос.

– Метро! – буркнул Майкл. Этот вопрос его доконал.

Поняв, что последующие вопросы могли показаться неуместным, незнакомка замолкла. В вечернем воздухе повисла пауза. Тишиной это было трудно назвать, десятки людей спешили домой, закрывались лавки, машины толкались в пробке.