Консьерж

Первая жена к тому периоду успела спиться до такой степени, что суд лишил её родительских прав. Родион забрал сына к себе и таким образом семья стала полноценной, ибо Зинаида детей иметь не могла по медицинским показаниям, а сын придавал семье статус «нормальной».

Шло время, сын Анатолий рос, постепенно превращаясь в трудного подростка, Родион менял работы, ища своё призвание, Зинаида трудилась заведующей в столовой, в общем, всё шло своим чередом, пока Союз не развалился. Именно в этот период Родион Степанович работал бригадиром на ДСК на участке сан-кабин, когда случился тот случай.

Это произошло летом 1994 года, года разгула «демократии» и бандитизма. Родион возглавлял вечернюю смену, его бригада работала до часу ночи, но в тот день они закончили ещё до полуночи. Родион отпустил бригаду по домам, чтобы они успели на последние автобусы и не ждали развозки, а сам уселся в каптёрке, которая располагалась в углу цеха, и стал составлять смету на заказ бетона и керамзита для утренней смены, когда дверь открылась, и на бригадира уставились прищуренные глаза какого-то человека.

– Слушай, мужик, ты здесь один что ли?

Родион удивлённо уставился на непрошенного гостя и ответил:

– Один. А тебе какая печаль? Что ты вообще здесь делаешь?

Гость проник весь на территорию каптёрки, и Родион увидел, что перед ним парень лет двадцати пяти, одетый в почти новенький джинсовый костюм.

– Слушай, мужик, помоги немного, а то у меня там друг истекает кровью.

Был 1994 год, когда средства массовой информации ежедневно рассказывали то о зверских убийствах, то о разбойных нападениях, поэтому бригадир участка не очень удивился, только брови его чуть приподнялись от услышанного.

– Я не врач, парень, ты не туда попал, – ответил Родион чуть раздражённо.

«Джинсовый» осклабился, сунул руку за пояс и вдруг вытащил пистолет:

– Вылезай и помоги, а то превратишься в жмурика! – чуть повысил голос парень, тряханув для наглядности стволом «ТТ».

Родион вылез из-за стола, покосился на пистолет, и вышел на территорию цеха, конвоируемый небритым гостем. Справа от каптёрки сидел парень с бритой головой прямо на полу, опираясь спиной о стенку. Правая рука зажимала рану на животе, сквозь пальцы просачивалась тёмно-красная кровь.