Большое путешествие в Древний Египет

Всыпать бы призраку сотню палок или бросить на съедение крокодилам, но ведь он бесплотен… Хнумхуфу повернулся к Секретарю-Писцу:

– Запиши афоризм: двум смертям не бывать, а одной не миновать. И популярно объясни этому «Ах», кто тут начальник.

– Падай в ноги Великому Фараону! – побагровев, закричал Надсмотрщик. – И моли о пощаде!

– По какому праву! – взвизгнуло привидение. – Я не позволю попирать свое человеческое достоинство! Куда я попала, что за средневековье такое?

Секретарь-Писец, который лихорадочно стенографировал все происходящее, вдруг оторвался от свитка и круглыми глазами уставился на загадочное существо.

Привидение продолжало вопить:

– Вот оно – отношение к педагогам! Сеешь, понимаете ли, разумное, доброе, вечное, а отдачи от общества никакой! Где это видано – чтобы в начале двадцать первого века учителю предлагали падать в ноги?!

Секретарь-Писец задумчиво покусал кончик тростниковой палочки:

– Это не привидение. Это человек. Кажется, женщина. Только из другого времени.

Пусть Великий Хуфу судит сам. Голова небритая. Кожа сероватая. Одеяние из незнакомой нам ткани. А какие смешные сандалии! Носок закрыт, а на пятках еще по маленькой ножке. Зубы сделаны из чистого золота. А что за невразумительная речь!

Существо, которое до сих пор беспрерывно верещало, внезапно замолкло. Теперь оно с беспокойством озиралось по сторонам.

– Простите, господа, – голос призрака дрогнул. – Что это вы там строите?

– Великую Пирамиду, – гордо ответил Хемиун.

 – Чудо света.

– Между прочим, по моему заказу, – сдержанно добавил фараон. – Мне здесь покоиться…

– А кто вы? – слабым голосом спросила неизвестная.

– Видный представитель четвертой династии Древнего царства, – отрекомендовался фараон. – Хнумхуфу.

– По-гречески – Хеопс, – подсказал Секретарь-Писец. – Но так Великого Владыку назовут значительно позже.

Фараон отступил на два шага назад и поощрительно улыбнулся незнакомке.

– Можешь поцеловать след моей ноги, – милостиво разрешил он.

 – Великий Дом не гневается, что ты не знаешь церемоний.

Существо беспомощно заморгало, похлопало себя по щекам и простонало:

– Где я?

– В Гизе, – ничто человеческое не было чуждо Великому Фараону. Хуфу искренне посочувствовал Золотым Зубам. – На Черной Земле. В Та-Кеме.

– В Египте, значит, опять-таки по-гречески, – уточнил Секретарь-Писец. – А сама-то откуда будешь?

Но женщина уже не слышала его.

– Боже мой! – ужаснулась она.