Аринстон: Проклятие короля

Ему было приятно его видеть снова, так как был уверен, что малец от увиденного ужаса вряд ли вернется к нему – Кастильо приблизившись на короткое расстояние, на лету проворно соскочил со своего коня и быстро подбежал к Хайзену. То ли от возбуждения, что увидел самого Хайзена, то ли от увиденного ужаса не сразу мог проговорить и два слова.

– Командир я должен вам рассказать, то что было на северной дозорной башне – шумно и возбужденно крикнул Кастильо

– Все были мертвы, и у всех отрублены головы? Не так ли? – спокойно продолжил его предложение Хайзен

– Да, но как вы? Аа я понял, это все было так задумано? Нет не может быть их головы были наколоты на копья, не может быть, там были убиты настоящие люди или Вы хотите сказать, что их специально убили для этого испытания? Нет я не могу понять, что это было.

– Нет! – вспылил командир и тем самым привел в себя Кастильо в реальный мир. – Они и вправду мертвы, просто мне уже сообщили мои разведчики, да кстати, хочу тебя огорчить, пока ты возвращался, началась война.

– Как война? Почему война? С кем? Разве кто-то напал на нас? – теперь совсем был поражен Кастильо

– А ты что думаешь, что стражники на башне, сами себе порезали головы и накололи их на копья? Думай, прежде чем говорить! – раздражительно отвечал Хайзен. Он был зол на него не из- за того, что Кастильо не обдумывая задавал много вопросов, а из за того что он был совсем еще молод и юн, и ему было бы очень жаль если такой смышлёный парнишка может погибнуть от рук страшных убийц.

И уже открыто пошел к главному вопросу.

– Тебе сколько лет? – спросил командир

– Сэр мне 16.

– Надо же, да ты еще совсем молодой – обрадовался Хайзен от мыслей, что может отказать мальчику. – Ты знаешь, что ты самый молодой из всех тех, кто хотел бы стать разведчиком, тебе ведь 16 лет, даже в королевскую гвардию берут с 18, а у разведчиков самому молодому 22 года. Так, что ты можешь идти домой, тебе еще рано.

От неожиданного отказа Кастильо опешил, и через доли секунд, он заговорил.

– Да сэр мне 16 лет, но это не значить, что я еще не готов. Я хочу пойти на войну, сражаться за короля, за свободу, за вас, за свое будущее. Мне все равно некуда идти.