Лига Теней. Книга первая

Внутренне молясь, чтобы Артур как можно дольше занимался выбором кофе, Ангелина начала вытирать шваброй белую лужу.

– Ангелина, здравствуй, – удивительно бархатистый голос прозвучал слишком близко с её правым ухом. Тело мгновенно отреагировало на это – и мелкие мурашки покрыли тонкую кожу девушки.

– Артур, – поднимая на него напряженный взгляд, выдохнула она.

Сама смотрела, и задавалась вопросом – «А какими глазами он смотрит на её? Что этот высокий, уверенный красавец видел в ней сейчас? И кого? Поломойку? Безликую тень?» Она еще не думала, почему, вдруг, для неё стало важно мнение, этого, по сути, абсолютно чужого человека.

– Вы здесь давно работаете? – глядя прямо в глаза девушки, вежливо поинтересовался Артур.

– Четвертый месяц.

– И как, вас все устраивает? – взгляд мужчины излучал искренний интерес.

– Да, – губы Ангелины дрогнули в робкой улыбке, – да и если бы не все мне нравилось, вряд ли бывает работа от которой всегда в восторге.

– Хм, – Артур усмехнулся, – могу поспорить.

Ангелина убрала в сторону швабру. Щеки девушки обдало бледным румянцем. Нет, она не стыдилась своей работы, просто столь пристальное внимание этого мужчины, пробуждало в ней такие чувства.

– А зачем вам это? – кое-как совладав с собой, ответила Ангелина.

– Я бы не стал любопытствовать, если бы сегодня утром уборщица клиники не сломала у себя дома ногу. Перелом оказался сложным, реабилитация займет, в лучшем случае, около полугода.

– К вам? – ошарашенная предложением Артура, переспросила девушка.

По мужскому лицу скользнула понимающая улыбка.

– Да. В медицинский центр. Вам платят здесь… рублей семьсот за выход?

– Четыреста рублей, – сжимая ручку швабры, смущенно выдохнула девушка.

– Даже меньше, чем я думал, – Артур потер колючий подбородок. – А площадь супермаркета огромная. Что, если я буду платить за каждый выход в клинику семьсот рублей? Плюс горячий обед.

– Вы шутите, – Ангелина свела на переносице брови.

– Никаких шуток. Мне, знаете ли, сейчас не до них. Клиентов полно, не все спешат надевать бахилы, и пол уже такой грязный, что больно смотреть на него.

Девушка еще сильнее сжала ручку швабры. Даже костяшки побелели.