Когда сосна плачет

Она совсем не стеснялась, женская природа подсказывала ей, как она должна вести себя и как поступать в каждый следующий момент, движения ее были естественны, лицо без тени кокетства. Лишь некоторая бледность щек выдавала ее волнение.

Сергей, сидя на диване, замер и глядел на жену так, словно перед ним был шедевр мирового уровня. А впрочем, разве по-иному должно быть? Если бы его спросили, что он чувствовал в этот момент, он бы растерялся и не смог ответить. Ибо вся его сущность была подчинена одному – этой женщине, которая сейчас стала для него почти богиней.

А разве можно каким-то одним чувством выразить свой восторг перед богиней!

Через несколько минут они, обнаженные, лежали рядом, и первое прикосновение к телу любимой, как удар током, заставило Мародина вздрогнуть и напрячься. Он нежно касался пальцами ее кожи, медленно водил рукой по ее телу, с упоением познавая новую для себя суть – чувственную.

Алла неподвижно откинулась на спину, постепенно напитываясь сладостным ощущением. Потом оно настолько переполнило ее, что она повернулась к мужу, обняла его и крепко к нему прижалась.

Ее пальцы, лишенные какого-либо стеснения, касались самых интимный частей мужского тела, и Мародин, словно только ожидая от жены знака, не в силах больше сдерживать обуревавшее его желание, крепко сжал Аллу в объятиях…

– У меня началась новая точка отсчета, – спустя несколько часов удовлетворенно думал Сергей, лежа рядом супругой, которая чуть-чуть посапывала во сне. – Лучшего открытия в моей жизни еще не было, – он радостно улыбнулся и скоро заснул глубоко и безмятежно.

…Сергей был счастлив целых несколько месяцев. Каждый вечер, после рабочего дня, он летел домой, как на крыльях. Его встречала улыбающаяся жена, и все, вроде, шло хорошо. Вроде бы в его жизни наступила полная гармония. А что еще для счастья надо?

Но медовые дни быстро пролетели. Первые бурные страсти, как и полагается, улеглись, в отношениях молодых наступил спокойный и стабильный период. И вот однажды вечером…

Жена сидела на диване, плечи ее были опущены, а глаза печальны.

Но когда Мародин вошел в комнату, она встрепенулась, отогнала с лица грусть и сделала независимый вид.

– Что-то случилось? – спросил Сергей, внимательно глядя на жену.

– Ничего, – сказала Алла. – Мне надо с тобой поговорить. Очень серьезно.

И тут же словно кинула в него камень.

– Я беременна.

И искоса глянула на мужа, наблюдая за его реакцией.

– Так это хорошо! – воскликнул Мародин.