Времяоник

"Как знать, – думал я, – может быть, участие Бога в процессе предвидения минимально, а перенос информации через время так же реален, как и через пространство". Я не думал о Боге как о личности, даже слово “Бог” мы писали тогда с маленькой буквы.

Возможности влиять на события не было никакой, но я решил хотя бы поэкспериментировать с переброской информации.

Первые мои попытки были наивны и неосмысленны. Но вот как-то я взялся предсказать себе и своим друзьям, кто какое место займет на городской олимпиаде. Другу я предсказал (не думая), что он вообще не займет никакого места (логически это было не оправдано).

Я не мог ничего объяснить. И вот друг то ли забыл что-то написать в оформлении работы, то ли написал лишнее, и не участвовал в конкурсе.

В девятом классе к нам перешел один мальчик. На переменке вышла потасовка. У меня был порыв ввязаться в нее. И возникла мысль: новенький скоро умрет, и я всю жизнь буду об этом помнить. Всем своим видом он словно извинялся за свое существование. По литературе мы в то время читали "Фаталиста" Лермонтова.

Может быть по этому я обратил внимание Дениса, и мы пришли к согласию, что этот ученик “долго не протянет”. Вскоре он умер, оказалось – принимал наркотики, сердце не выдержало.

Я перечитал роман, финал привел меня в уныние. Несомненно, Лермонтов мог предвидеть будущее, но не сумел объяснить этого людям. Возможно, не хватило опыта, знаний, жизни. Неизбежность увиденного будущего он принимал за волю Бога, бунтовал, балансировал на краю пропасти, ведь именно в вопросах выбора жизни и смерти предвидение становится особенно ярким.

И погиб ставя эксперимент.

Как-то после этого случая я сказал Денису и Вовке, что чувствую в себе способность предсказывать будущее.

– Ну предскажи нам что-нибудь, – потребовали приятели.

Вроде бы, простая задачка, а я задумался, что может быть им интересно? Что может составить судьбу человека?

– А что вас интересует?

– Да все, – сказал Вовка. – Например, женюсь ли я?

– Да, и не один раз, – отшутился я.

– А какая у меня будет профессия?

– Милиционер.

– Ха, – рассмеялся Денис, – мусором будешь.

– Может быть, тебе по лбу треснуть? – спросил Вовка, обращаясь почему-то ко мне.

– За что?

– Да чтоб не умничал, не оскорблял.

– Причем тут я? Это Денис назвал тебя мусором. Милиционер – это хорошая высокооплачиваемая профессия.

– А чего Денис говорит…

– Он ненормальный, у него родители милиционеры, а он… балбес.

– Да я пошутил, – смутился Денис.