Деда

Баба будет его атласной накидкой накрывать.

– Давай, давай, садись кашу поешь. Ты сама как телевизор.

Неслось лето 1965 года. Нине и Натке осенью в школу.

Часть ВТОРАЯ

Секрет

Много лет прошло, как вернулся Мартя из мест очень даже отдалённых. Света вышла замуж и родила дочку. Жили они отдельно, в своём большом доме. У Лены с Харитоном родился сын Анатолий, уже двенадцать лет пацану. Проживает Харитоново семейство в аккуратном добротном доме. Хозяин сам всё построил, своими золотыми руками.

Соседи недоумевают, где это удаётся Харитону добывать такие отличные строительные материалы. Стоят они недёшево, а у Просвирина всё самое лучшее.

Мартя радуется за друга, ничего не понимая в строительстве дома. Сам богатства не скопил. Бессребреником называет его Тася. Живут просто, но не бедно. Дочери с зятем строиться помогают. Жаль, воду в дом к себе так и не провели. Приносят водицу из церковной колонки. Мартемьян обшивал таких важных персон в городе, что мог бы иметь золотые горы, но просить – это не в его натуре.

Жили не тужили, как и большинство трудяг. Главное – Света в достатке. Дочку почти не видит, Натка постоянно находится у деда с бабой.

– Натусик, хочешь, я тебе огромный секрет расскажу? – Толик очень любил двоюродную сестру. По правилам приходится она ему племянницей. Ну какая же Натуся племянница, если он всего на пять лет старше её? Старший брат охранял Натку и жизни учил. Рассказывал какую-то ерунду про то, как изобретать порох, или что будет, если смешать йод и аммиак, тот самый нашатырный спирт, что в бане нюхают.

Это Натка видела своими глазами. Толик колдовал: смешивал, взбалтывал, наливал в скрученную бумагу, а потом высохшая бумага бу?хала, взрывалась. Брат казался ей таким премудрым и взрослым. Натка ещё мало в чём разбирается, она беззаботная и озорная.

– Секрет? А разве секреты рассказывают?

– Ну тогда покажу.

– Покажи. Только я все твои секреты, наверное, видела, – Наташа покраснела.

– Дурочка ты, Натуся. Это настоящий секрет.

Тайна. Я его сам нашёл и никому не показывал. Ты – первая. Пошли.

Дети пробрались в самую глубину сарая, заваленного досками, из которых Харитон выстругивает колышки для подвязывания помидоров.

– Аккуратно, тут могут быть гвозди, – Натка прощупывала доски каждым шагом. Она помнит, как в прошлом году Толик наступил на ржавый гвоздь, и тот вошёл в ногу очень глубоко. Было больно, но Толик не плакал, только орал на всю улицу.

А вот и крышка погреба.