Дружба-любовь. Школьная повесть

За что ему вечная благодарность!

На следующей остановке в автобус снова протолкнулись люди, я уже не была крайней и могла спокойно доехать до школы. Так как автобусы были набиты битком, то продвигаться по нему было совершенно невозможно, а за проезд деньги собирал кондуктор, по шесть копеек, как сейчас, помню.

Кондукторы были такие типовые: маленькие, толстые, неопределенного возраста, с большой сумкой на шее. Голоса у них были громкие и противные. В выражениях они не стеснялись.

– Гражданин в зеленой шляпе, передайте за проезд! – кричала кондуктор через весь автобус.

– Да я не могу залезть в карман, – оправдывался гражданин.

– Может попросить соседа залезть в твой карман?! – издевательски шутила наша автобусная королевна.

– Кто еще не передал? Не вижу, что передали! Там на задней площадке, лысый мужик, ты думаешь, я не вижу, как ты за тетку прячешься. У тебя такая лысина отсвечивает, что тебе никакие тетки не помогут. Быстро передал, а то высажу!

Люди как-то изворачивались, передавали и свои, и чужие деньги, но голос командирши не затихал.

– Шляпа зеленая, отдала деньги? Да не кричи, слышу, но проверю. А вы девушка в синей беретке, синем пальто, чего ждете? Синюшная! Я кому тут кричу, надрываюсь? И не надо на меня вытаращивать глаза! Еще тут разрыдайся! Мне глаза твои не нужны, мне деньги нужны! Быстро оплатила!

Мы, школьники, махали своими проездными, и нас пропускали.

Кондукторы в конце каждой смены, перед тем как уйти автобусу в парк, собирали в салоне пуговицы горстями. Но для нас главное – доехать!

В класс я вошла через пару минут после звонка.

– Извините за опоздание, – сказала я виновато.

– Ну, проходите! Вечно вы опаздываете! – укоризненно сказала историчка, живущая рядом со школой.

– «Тебя бы туда!» – подумала я, вспомнив про остановку, но руки мои уже раскладывали учебники на парте, и умиротворенный голос любимой учительницы быстро успокаивал меня. Через минуту я уже с интересом вникала в рассказ об истории моей страны, где ничего не говорилось о наших автобусах и других мелких, ничего не значащих, проблемах нашего замечательного бытия.