Рассказы, эссе, стихи

Только одну зиму у нас пожил и заскучал, затосковал: «Не могу я оставаться в этих серых клетках. Домой хочу, в деревню. У меня же там хозяйство осталось. Да и мне бы… как только проснулся, так сразу на земельку ступить.» – почти пропел изменившимся голосом: – И это его… во мне, как лейтмотив. Вот и езжу к нему раз в месяц, продукты отвожу и для него, и для… – Пальцем что-то нарисовал пред собой: – Ведь у него коза в сарайчике, а у соседок кур с десяток, так что приходится и для них…

– А освещение, вода, … Как с водой-то у них? Из колодца?

– Да нет, – усмехнулся, – ведь километрах в десяти от деревни огромный овощной комплекс возведён… который, кстати из неё последних жителей к себе и перетянул, а электролиния к нему через Бобрино проходит.

Ну а вода… Я скважину им пробурил, так что воды у них хватает, да еще какой! Всегда с собой увожу

– А хлеб, – не унялась я. – Ведь не привозят же им… для троих?

– Да сами пекут. Привёз им мешок муки, дрожжей сухих, баба Настя и печёт.

– А зимой… зимой как к ним добираешься? Ведь сугробы…

– Зимой… – усмехнулся, – у меня другая тактика. Доезжаем с сыном до твоего городка, машину оставляем у знакомых, а сами с рюкзаками – на автобус, потом – на лыжи и-и пошли! Прогулка получается о-отличная!

Взглянула на него: «Значит и сыну эстафету передает. Вот молодец!» Но не сказала.

Машина вынырнула из-под деревьев и перед нами открылось широкое поле, укрытое жухлой, припавшей к земле от недавно растаявшего снега травой, над которой то тут, то там весело выныривали молодые берёзки.

«Какие же они тоненькие да радостные!»

– Ну вот, почти и приехали, – распрямился Данила: – На том конце поля моя деревня. – Помолчал: – А ведь когда-то… – Опустил стекло, вдохнул уже пахнущий весной воздух: – на этом поле рожь сеяли… а в ней васильки подмигивали. – И голос его стал тише: – которые я для Наташки… – Но осёкся, махнул рукой: – А, что там вспоминать…

И решительно нажал одну из кнопок, отчего машина вдруг наполнилась светлой, но грустной музыкой.

«Как же созвучна она и рассказанному Данилой, и этому забытому людьми полю!» А впереди, под стайкой почти белых, сбившихся над краем поля облачков, уже серели крыши тех самых покинутых домиков, к которым ехали.

По чуть шелестящей прошлогодней, не тронутой колёсами машин траве, мы въехали в деревню:

– Всё. Приехали.