Рассказы, эссе, стихи

А когда кондуктор принесла чай, она вынула из сумки два яйца, кусочек сыра, пачку печений, два яблока, и я услышала:

– Может, присоединитесь к моему столу?

И улыбнулась так зовуще-трогательно!

«Кажется, она приглашает меня не к столу, а к беседе.»

И, тихо обрадовавшись этому, тоже выложила на стол свои припасы, присовокупив к ним:

– Как говорит пословица, беседа дорогу коротает, а песня – работу. Не так ли… – И осторожно улыбнувшись, прибавила: – моя Незнакомка?

Нет, то не был упрёк за её молчание, а намёк на знакомство.

А еще подобным «шагом» я проверяю людей на чувство юмора, которое всегда желательно в собеседнике.

И она, задержав на мне взгляд темно-карих глаз, развела руками:

– Ну, за неимением работы петь не будем, но дорогу коротать в беседе… – И коротко улыбнувшись, добавила: – Как говорит еще одна пословица… – протянула мне яйцо: – без обеда не красна беседа.

Я чуть удивлённо взглянула на неё, а она помолчала, улыбнулась чуть виновато и, опустив глаза, жестом пригласила к столу:

– Давайте-ка познакомимся, поедим, испьём чайку, а там… – И почти прошептала: – А там дело будет видно.

«Однако любопытная особа… с этим её знанием поговорок и редким словечком «испьём.»

А тем временем Полина стала очищать яйцо, нарезать сыр, потом кивнула на мой огурец:

– Может и его… – дважды притронулась лезвием ножа к краю.

– Ну, конечно, конечно, – оживилась я: – Сойдёт вместо салата.

«Итак, знакомство состоялось. Но чем бы подтолкнуть её к разговору?»

В подобных ситуациях такой вопрос называю «Поиском темы» или тем, что может дополнить уже поспешными штрихами нарисованный портрет.

Но она молча, и как-то уж очень сосредоточенно ужинала, изредка поглядывая в окно. Мне стало неудобно прерывать её сосредоточенность, но, не теряя надежды на «есть что сказать», тоже стала очищать яйцо.

А за окном осень всё так же демонстрировала свои наряды, только вместо ярко оранжевой листвы на берёзах, замелькала медь стволов сосен, которые в закатных лучах золотисто поблёскивали, а их темно-зелёные игольчатые ветки стали ярче на фоне густеющей синевы неба.

И казалось, что эта синева проникает не только в то, что металось и проплывало, но и в наше купе, наполнив его чем-то невидимым, но тревожащим душу.

«Странно. Как же гармонично сочетается то, что вижу! И это небо, и проносящиеся за окном сосны… столик с ужином, чай в подстаканниках. Интересно, чувствует ли такое же Полина?».