Городская сюита

Он носил шитые на заказ пиджаки, курил трубку, позволял себе не тушеваться перед сильными мира сего и делал свою работу с размахом истинно талантливого человека. Подчиненные его побаивались и уважали. Дольников испытывал к нему едва ли не сыновьи чувства и готов был за старика в огонь и воду. Тот это знал и ценил, хотя при случае спуску не давал – работа прежде всего.

– Плохо только, – сказал Илья Захарович, пустив несколько голубоватых клубов дыма, – что этот Сахно не очень разговорчивый мужик.

В кругу приближенных редактор в выражениях себя не ограничивал – слабость всех старых газетчиков.

– Головков разговорит, – заверил Дольников. – У него есть опыт по этой части.

– Надо, чтобы разговорил, – сказал Илья Захарович. – Темы уж больно важные. А если этот надуется и начнет играть в молчанку?

– Я слышала, Сахно любит красивых девушек, – подала голос Филонова.

– И что? – спросил редактор. – Их все любят. Даже я.

– Хорошо бы, – продолжила свою мысль Филонова, – чтобы кофе гостю подавала Князева.

Она взглянула при этом на Дольникова, и тот ощутил такой прилив ненависти к ее красивому, обрамленному черными локонами лицу, что едва удержался от резких слов.

– Князева? – переспросил Илья Захарович. – Хм, это вы неплохо придумали. Действительно, глядя на Князеву, любой начнет соловьем заливаться. Как думаете, Олег Петрович?

Дольников, боясь, что покраснеет, с трудом выдержал испытующий взгляд шефа.

«Знает, – понял он. – Все знает и проверяет.

– Идея неплохая, – проговорил он, тщательно подбирая слова. – Но Князева после обеда занята.

– Чем это? – спросил подозрительно редактор.

– Делает рейд с гаишниками. Давно согласовано, отложить нельзя.

– А другого послать нельзя вместо нее?

– Нельзя. Князева сама с ними созванивалась, обо всем договаривалась, они ждут только ее.

– Понятно, – кивнул редактор и пристукнул ладонью по столу. – Подводишь редакцию?

– Ну почему, Илья Захарович! – вскинулся Дольников.

– Да ты не волнуйся так, Олег Петрович, – успокоил его редактор. – Видишь, как он свою Князеву защищает?

Последние слова адресовались Филоновой, и та в ответ только усмехнулась, глядя на Олега прозрачными светло-серыми глазами, полными мстительного торжества.

– Никого я не защищаю, – забормотал Дольников.