Городская сюита

Дольников сел за стол, жена устроилась напротив. Солнце светило ему в лицо, и он подумал, что сидит, как на допросе. Чтобы отогнать эту мысль, придвинул к себе тарелку, взял вилку и принялся завтракать. Котлета была суховата и пересолена, но говорить об этом не следовало. Ирина и так считала, что работает на всех «как проклятая», и любое замечание вызывало такую обиду, точно ее предали в самых лучших чувствах.

– Как котлета? – спросила она.

– Очень вкусная, – ответил Олег, с готовностью поднимая голову.

Ирина смотрела недоверчиво, и он предпочел снова склониться над тарелкой.

В последнее время ему стало трудно разговаривать с женой. И причиной служила не только обидчивость Ирины. Дело в том, что у Дольникова полгода назад завелась связь с Дианой Князевой, молодой сотрудницей газеты «Новый день», в которой он работал заместителем редактора. И чем дольше длилась эта связь, тем отчетливее Дольников понимал, что без Дианы он уже своей жизни не представляет.

Чтобы не молчать, он поинтересовался, как идут дела у дочери.

– Позвони, спроси, – сказала Ирина.

– Но ты же вчера разговаривала с ней целый вечер! – подавляя раздражение, заметил Олег.

– А кто тебе мешал? – глядя на него в упор, спросила жена.

Пугаясь этого ее выражения лица, Олег отвел глаза в сторону.

– Ты нормально ответить не можешь? – стараясь не повышать голоса, спросил он.

– Я нормально ответила. Это твоя дочь, а ты ведешь себя так, словно тебе нет до нее дела.

– Кому нет дела? – возмутился Дольников.

 – Мне? А кто денег на поездку дал?

– Ой, да причем здесь твои деньги! – отмахнулась Ирина.

Олег промолчал. Ссориться не хотелось.

Доедая котлету, он подумал, что позже сам позвонит дочери. И еще подумал о том, что если кто и виноват в его связи с Дианой, так это сама Ирина.

Последнюю мысль очень хотелось высказать вслух, но вместо этого Олег поблагодарил за завтрак, поднялся и пошел в прихожую. Там он быстро обулся и на минуту задержался у зеркала, поправляя прическу. И снова напряг бицепс, любуясь его мужественной формой.

В прихожую вышла Ирина, бросила на него критический взгляд.

– В этой тенниске у тебя живот выпирает, – сказала она. – Надо было надеть что-нибудь посвободней.

– Поел – вот и выпирает, – бодро ответил Олег.

Он повернулся и бросил на себя взгляд в зеркало. Действительно, живот выпирал заметно.

«Проклятая мода, – выругался он про себя. – И кто это придумал, носить все в обтяжку?»

Но переодеваться не хотелось.