Франтишка

А, может быть, маминой подруге, той, которая считала Франтишку обаятельной? Но она ведь не знала всех этих телефонов, а сумочку мама забрала с собой. Франтишка чувствовала себя абсолютно беспомощной. Она встала и подошла к столу. Включила настольную лампу, взяла листок бумаги и карандаш. Да, она очень хотела, чтобы мама вернулась, однако её охватили страшные предчувствия. И тогда она начала писать. Карандаш сам вёл её руку. Этой ночью Франтишка написала своё первое стихотворение, хотя и не до конца это осознавала.

Это была, скорее, просьба и заклинание. Звучало это примерно так:

Я не хочу, чтоб умерла ты,

И я люблю тебя так сильно,

Что для тебя могла бы

Всю жизнь пить рыбий жир.

Я только не хочу, чтоб умерла ты.

Франтишка не знала, что в эту ночь всё в её жизни переменится. Как будто полностью высвободились чародейские силы, в которые она не верила. Она знала только то, что мама в больнице, и что под властью грусти и тревоги она написала что-то вроде стихотворения.

Она всё сидела и сидела и по-прежнему не знала, что делать.

Вдруг в первом часу ночи раздался звонок домофона. Франтишка вскочила с кресла и побежала открывать. Она была уверена, что это вернулась мама, поэтому сразу нажала на кнопку. Потом широко отворила дверь и с бьющимся сердцем стала ждать. На ступеньках раздались энергичные шаги, но это были не мамины шаги. Через несколько минут перед Франтишкой стояла незнакомая женщина! Она смерила Франтишку проницательным взглядом и произнесла:

– Я – мать твоей мамы.

Твоя бабушка. Отойди от двери и позволь мне войти.

Сцена II,

в которой Франтишка думает, что ночь – это время Волан-де-Морта[7 - Лорд Во?лан-де-Мо?рт – персонаж серии романов о Гарри Поттере, Великий тёмный волшебник.], а бабиня выжимает сотку по городу на своём красном автомобиле

Нууу, эта женщина наверняка выглядела не так, как должна была выглядеть бабушка. Это была… бабиня, что ли, – подумала Франтишка. У бабини были тёмные волосы до половины щеки, профессионально подстриженные и покрашенные, она была стройная, высокая, в льняном костюме.

От неё веяло духами и нескрываемым волнением. Или даже раздражением. Но Франтишку это в данный момент не интересовало. Она думала только о маме. Поэтому встала, выпрямившись, перед бабиней и очень тихо, но отчётливо спросила:

– Разве мама умерла?

Бабиня взглянула на неё удивлённо и ответила также тихо и отчётливо:

– Нет. Твоя мать не умерла и не умрёт.