Четвёртое измерение

Четвёртое измерение

Ирина Некипелова

В этой книге собраны размышления об инобытии – той форме бытия, которая находится за пределами человеческого знания и существование которой человек может лишь бездоказательно предполагать. Размышления о том, что восприятие человеком смерти как того, что будет с ним потом, помогает ему осознать ценность жизни, заданной ему в преддверии смерти. И это осмысление – осмысление того, что ещё не состоялось, придаёт значимость тому, что уже находится в процессе.

Ирина Некипелова

Четвёртое измерение

ОДНА ЖИЗНЬ vs.

(экзистенциальная зарисовка)

Смерть для рядового саратовского дворника Аристиппа Прокопьевича Фертикова наступила совершенно неожиданно. Очнувшись весенним пятничным утром от похмельного забытья, он не испытал никаких сомнений в реальности своего существования, тем более что умирать никоим образом даже и не собирался. По крайней мере, символов ему об этом, как обещала матушка, явлено не было и предчувствия никакие его не посещали.

И всё же. Проснувшись не так чтобы совсем рано, а так, что солнце уже начало разжигать свой большой жёлтый круг на восточных окнах, он встал, в некоем мутном полусне добрался до кухни, где в три глотка осушил заранее подготовленный стакан рассола – накануне на ночь глядя заходил закадычный дружок с чекушкой – и застыл. В голове было пусто. Минуты две, много – три, Аристипп провёл в безмыслии, что, впрочем, было ему до некоторой степени свойственно, а потом, будто кто его толкнул в спину, дёрнулся всем телом и резко засобирался на работу.

Пока он искал непонятно куда брошенные вчера носки и натягивал нестираные штаны, его понемногу начинали одолевать мысли.

Думал он о работе. Надо сказать, что деятельность свою он считал не особо значимой, вернее, незначимой вообще. Ну снег убрать, ну собак прогнать со двора, ну дорожки вымести между перекурами – что ж тут такого особенного? Однако же давеча, в тот самый момент, когда нерадивый дворник, о коем идёт речь, едва затянулся папироской, к нему подошёл человек лет уже не молодых, но и ещё, однако, не старых, с бородкой, в шляпе и круглых очочках, что будто невзначай выдают в их владельце интеллигента, и мягким проникновенным голосом сказал:

– Сколько лет хожу, смотрю на вас, а время поблагодарить нашёл вот только сейчас.

И посмотрел так внимательно – прямо Аристиппу в глаза.