Суглоб

Хотя, согласитесь, это очень неприятная процедура, если не сказать больше.

* * *

Беспричинные люди и бранные слова знают, и всякое такое, о чем говорят в подпитии в однополых компаниях, знают не хуже нас с вами. Только все такое в них не особенно-то приживается. А, может статься, напротив, звучит в них таким fortissimo, что стоит им немного ослабить контроль, немедленно вырывается из заточения, и на воздухе превращается в конфуз.

Самым лакомым и покойным состоянием для беспричинного человека является созидание.

Что и как созидает он – не важно. Он может сочинять стихи, чистить чеснок или вылавливать блох у обожаемого питомца. И то, и другое, и третье для него творчество и наслаждение, и любовь. Примитесь запросто говорить с ним в минуту созидания, в ответ, скорее всего, вы получите невнятное мычание или, хуже того, какую-нибудь нелепицу.

С кем же он делит, в таком случае, свои открытия и мечты?

С вами?

Со мной?

Сомневаюсь.

Так что еще неизвестно, кто для кого беспричинный человек.

Он для нас или мы для него.

* * *

Что нужно человеку, если он захочет почувствовать дыхание счастья? Не погрузиться в счастье надолго как (если не верить в Бога) погружаются в назначенный срок добрые люди в ванны с формалином, а коротко, на минуту – две, не больше? Как погружаемся мы в смех, когда встречаемся с удачной шуткой. Или в чих, когда кто-нибудь по осторожности просыпал перец.

Вы сомневаетесь, что дыхание счастья можно вызвать?

Вы убеждены, что по желанию сладостный озноб и вдохновение не наступает?

Заблуждение.

И доказать это очень просто.

Проведем простой эксперимент.

Закройте глаза и представьте себя человеком будущего. Далекого будущего.

Откуда нам знать, что это за человек, так называемый человек будущего? скажете вы. А вы понаблюдайте за собой и окружающими. Заметьте, какие черты наши наливаются и становятся значимыми, а какие мало-помалу истончаются и хиреют. И представьте, что много десятилетий спустя убывающие черты наши исчезнут совсем, а те, что просились быть главными, окончательно перевесят и останутся единственными.

Вот и получится у вас человек будущего.

И какой же это будет человек?

На первом этапе это будет человек, то, что нынче называется себе на уме.

Куда деваться? Мы умнеем из года в год. Многим из тех, кого прежде можно было провести на мякине, нынче палец в рот не клади.

Простодыр, олухов и бессребреников становится все меньше.