Разговор с Каллиопой и Клио. История в избранных стихах и сценах

Спасибо, чужая землица,

за то, что умела беречь

их стать, их открытые лица,

их вольную сельскую речь.

1987, 2016

Цвет на карте

Саксонская весна. Шестнадцатое марта.

Преддверие больших германских перемен.

И года не пройдёт, а северная карта

успеет полинять, как старый гобелен…

Мне вспомнились холмы и замки Будишина[9 - Будиши?н (нем. Баутцен) – город в Восточной Германии, культурный центр славянского народа лужичан.],

несуетный уклад укромных площадей,

где серенький Трабант, бедняцкая машина,

сподручнее Тойот зажиточных людей.

Промозглая с утра весенняя погодка

ерошила вихры, трепала пиджаки.

И, угольным дымком попыхивая кротко,

глядели на меня, прищурясь, чердаки.

Я в лавку забегал в стремлении простецком

погреться у огня в железном камельке,

вымучивал вопрос на ломаном немецком,

чтоб выслушать ответ на русском языке.

На этих площадях ещё не позабыли

недальнее родство, двоюродную речь

и, может, потому от копоти и пыли

отеческую речь сумели уберечь.

…Когда грядущий век в деляческом азарте

по-новому скроит лоскут материка,

отыщется ли цвет на вылинявшей карте

для этого, душе родного, уголка?

Сентябрь – октябрь 1990

Вещи

1

В чулане жилья городского,

отвыкшие жить напоказ,

соседствуют шина с подковой,

с электроплитой – керогаз.

Со сбитой по обух литовкой —

обрезки сосновых досок,

с пропахшею клеем спецовкой —

сведённый косою брусок.

Какого уклада в предвестье

судьба вековая свела

кричащие краски предместья

и вещие знаки села?

…На месте фабричной слободки,

месившей столетнюю грязь,

за срок, небывало короткий,

бетонная башня взнеслась.

Покрыла по замыслу зодчих

ее величавая сень

четыре квартала рабочих

и дворики двух деревень.

Охочи до нового быта,

снесли по закутам жильцы

свои примуса и корыта,

свои чугуны и ставцы…

2

На каждый предмет обихода,

который на что-нибудь гож,

так быстро меняется мода,

что скоро в чулан не войдёшь.

И вот на семейном совете,

вчерашние куклы забыв,

заводят хозяйские дети

все тот же нехитрый мотив.

Что время спровадить на свалку

и ветхую плотничью снасть,

и сбитую косу, и прялку,

с годами отвыкшую прясть.

Устав от ребячьей докуки,

с детьми соглашается мать.

Но вновь опускаются руки,

не зная, с чего им начать.