Устье

Гоин поднялась из кресла, и Моин показалось, что она стала гораздо выше: тёмная башня с дрожащими красными огоньками наверху, обдуваемая ветром, в пелене дождя.

– Много таких, и чем больше проходит времени, чем старше становится наш мир, тем их больше. Ваша группа – одна из множества, одна из сотен и тысяч, которые кружат в серых ульях Хель и Сумеречной Зоны. И все они ждут момента, чтобы просочиться сквозь щели, трещины, все расширяющиеся щели и трещины на Крону. Пока другие – с той стороны – ещё латают стены, выстраивают баррикады, их отряды щетинятся копьями и штыками под цветастыми знамёнами – но наступит день, когда и они станут такими же, как Офнир и Альв, а может ещё глупее и самовлюблённей… И слабее – еле поднимающими столовую ложку без того, чтобы не поплакаться Старшим.

И тогда дерево утонет в сумерках – серый ствол, окружённый бурой сыростью, где просвечивают только болотные огоньки… Равновеликие и равно ничтожные друг другу.

– Неужели Муспельхейм не сожжёт такой мир?..

– Звезда?.. Это старая басня, в неё мало кто верит.

Есть планета с другой формой жизни, чьи обитатели иногда применяют тут свои колдовские приёмы. Их можно одолеть и уничтожить – со временем. А никакого Сада не существует. Он давно засох! Или вообще не существовал. Есть пустое пространство, сквозь которое можно добраться до новых миров, которые обширней и лучше, чем наш. И устроить их по своим планам, своим правилам… А наш мир, это Древо изживает себя…

– Неужели будущее Древа настолько… не вдохновляюще?.

.

– Ты умнее других, Моин. И в таком мире будут свои фавориты и фаворитки, летящие на красных автомобилях по шоссе у побережья лазурного моря. Под звуки саксофона!.. Меня бы это устроило. Пока будет возможно! Пока всё это тоже не затянет болото всеобщего распада… Но я бы не отказалась и от другого. Большего. Настоящей силы и власти. Бессмертия, – сказала Гоин медленно и посмотрела на Моин. Та взглянула ей в глаза.

– Как и Фьялар?..

– О! Великий восстановитель королевства Локи!.. – Лицо Гоин затуманилось, словно от приятного воспоминания, почти сразу же это выражение сменила презрительная гримаса.

– Ты много спрашиваешь, Моин.

Моин промолчала.

– Мне позвонил, – затем ответила она, – господин Эйнар. И рассказал, что есть новые планы… которые ветер нашёптывает водостокам. О которых говорят в баре на городской окраине.

– Значит, Параллельное ведомство приняло мои рекомендации, – ответила Гоин. – И что он тебе сказал?

– Ничего особенного.