Грехи смертных

Желание это настолько яркое, что непременно требует отдачи. Быть может поэтому в весеннее время года так хочется любить и/или быть любимым?

Блуждая по близлежащим окрестностям жилого дома – того самого, подле которого Ачи схлопотал чарующую стрелу Амура – Купидона любви[17 - Амур —в древнегреческой мифологии: божество любви, безотлучный спутник и помощник Афродиты, олицетворение любовного влечения, обеспечивающего продолжение жизни на Земле.], неизменно думает о долгожданной встрече… о ней… о Малене.

Сознание безостановочно и без какой-либо капли стеснения сменяется то одной, то другой картинами сладострастия: то обжигающими… то пошлыми… то грубыми… то жгучими

Мысли вообще навязчивая штука… непонятная до ужаса: откуда берут своё начало – одному Богу известно. А вот в случае Ачи и вожделенной им Малены – одна другой грязнее… одна другой пошлее…

Тем временем, лишь только сердце ведёт себя достойно: ему простодушному мнится возвышенная любовь, романтические устремления.

В поисках любви оно по-настоящему страдает и страждет!

Оглядывая минующие один за другим дома, дворы, районы, Ачи настойчиво продолжает и уходит всё дальше. «Кто ищет, тот найдёт», – основополагающая установка на уме.

В один момент, на мгновение оторвавшись от мира грёз, терзающих мечтаний и надежд, Ачи поймал себя на взволновавшем осознании: дошёл аж до Шанхая – бесценного района. И тут, его признала детвора: – Да это же Ачи! Эээй, народ, к нам Ачи пришёл! Айда, к братану!

Блаженное это чувство – быть признанным героем.

Заслышав радостные возгласы, воспрянул духом и решил немного передохнуть, потолковав по душам с подрастающей молодёжью.

– Ачи! Говорят, вы лучший в любовных делах, – празднично восклицали детишки.

– Лучших не бывает, – твердил им в ответ, – Бывают настойчивые.

– Нуу… расскажи нам хоть один секрет своих успехов, – просили мальцы.

Репутацию мало заслужить, её необходимо поддерживать, и Ачи деловито призадумался.

Ему непременно захотелось сказать нечто интересное… нечто такое, что на Шанхае запомнится на долгие времена, а после будут цитировать и во всём социуме.

Вокруг него столпилась немаленькая аудитория, готовая принять всё, что он только не скажет.

Как по команде, на ум пришла яркая мысль – занятное наблюдение:

– Так уж и быть. Поделюсь с вами солидной заметкой. Запоминайте… скажу лишь однажды, – Ачи договорил и примолк.