Морские рассказы. Избранное

Галота жаждущих вышла во двор и зашла за ближайший сарай. В таких антисанитарных условиях положили на сумку «тошнотики» и тут же по очереди стали наливать друг другу. Этим заправлял «старшой».

Он наливал чётко. Бутылки хватило точно на четверых. Как выпили, то сразу хватанули по «тошнотику».

Выпитое Лёньке как-то сразу врезало по башке, но потом, когда он прожевал тошнотик, это состояние прошло.

А бичи смотрят на него с непониманием. Тут-то до Лёньки и дошло.

«Дай им ещё водки и делай отсюда ноги побыстрее, а то тут тебя с твоей же водкой и закопают», – пронеслась у него мысль.

Вздохнул поглубже, Лёнька предложил:

– Ну что, мужики? Ещё по одной? – и полез в сумку за очередной бутылкой.

У бичей морды расцвели.

– Вы уж давайте сами тут управляйтесь, а то меня там дрУги мои заждались. – Махнул он рукой в сторону порта и попрощался: – Ну, давайте. Бывайте здоровы. Всё. Пока.

Лёнька снял с сумки остатки «тошнотиков» и, передав их бичам, перекинул сумку через плечо.

Довольные мужики, вцепившись в предложенную бутылку, только доброжелательно бросили ему вслед:

– Если деньги будут, приходи, мы ещё что хочешь для тебя возьмём!

Лёньке тут же подумалось:

«Пока не „развезло“, надо быстренько чесать на пароход, а то я точно где-нибудь тут в этой Находке потеряюсь».

В Находке недалеко от Якорей находилась так называемая «аллея смерти», где моряков раздевали и разували. Правда, она «работала» только в ночное время.

Кое-как он допёрся до Морвокзала, сел на скамеечку и стал ждать очередного катера. Катер скоро подошёл минут, и Лёнька минут через двадцать оказался уже на Астафьева, но за это время он успел даже заснуть, присев в тёплом пассажирском салоне.

Очнулся он от того, что кто-то толкнул его в плечо:

– Слышь ты, молодой, вставай, приехали.

Лёнька обалдело покрутил головой и, подскочив со скамейки, на которой прикорнул, подхватил сумку.

– Смотри, – предостерёг Лёньку один из пассажиров. – Осторожнее, когда через проходную будешь идти. Могут не пропустить.

– А что такое? – Лёнька всё ещё не мог понять всю серьёзность ситуации, в которой невольно оказался.

Только много позднее он это осознал.