Повести о русской жизни

И пока они вдвоем, стар и млад, шли по заснеженной слабоосвещенной улице, батюшка, понимая, что от него ждут объяснений, и чтобы долго не рассусоливать, принялся подопечного своего отчитывать.

Грех достаточно исповедовать один раз. Не нужно, мол, возвращаться к сказанному опять и опять, даже если чувствуешь потребность. Не все же потребности, даже самые настоящие, искренние, следует удовлетворять. Когда обращаешься к Богу, нужно доверять Ему. В противном случае чего стоят эти обращения? Можно и кому-нибудь другому пожаловаться.

На перекрестке, от которого пареньку предстояло идти своей дорогой, батюшка вдруг спросил его, не может ли он заглянуть к нему домой, на минутку. Ему хотелось увидеть, где и как он живет.

И вскоре они вошли в чистый, скромный на вид дом.

– Теть Даш, вы где? – окликнул паренек кого-то из домашних. – Гость у нас. А теть Даш?

В коридоре показалась худощавая женщина средних лет. О. Михаил будто бы знал ее в лицо, но вдруг не помнил, где и когда ее видел. Явно не на службе у себя.

– А это отец Михаил… Батюшка, – представил паренек гостя.

– Батюшки! – обомлела та, простовато прижав ладони к груди.

Гость поклонился, извинился:

– Я на секунду.

– Да вы заходите, пожалуйста…

Батюшки уронил взгляд на свои валенки с калошами и согласился. И пока, присев на стульчик, он снимал валенки, для него искали тапочки. От тапочек гость отказался, остался в одних шерстяных носках, один из которых на пятке оказался дырявым.

Дарья Дмитриевна провела гостя в просторную комнату – подобие гостиной, современную аккуратно обставленную, с двумя диванами, которые по необходимости можно было, видимо, и раскладывать, превращая в кровати.

– Предупредил бы! – упрекнула она племянника.

– Да мы шли и вот случайно… – Парень улыбался с такой искренностью, что гость на миг опешил и даже опустил глаза.

– Ужин у нас…

– Нет-нет, не беспокойтесь, – остановил батюшка. – Меня дома ждут.

– Я слышала, – кивнула хозяйка.

Гость взглянул на нее вопросительно.

– Чаю тогда?

– Что ж, чашку чаю с удовольствием, – вздохнул батюшка.

И уже через пару минут стол в комнате был заставлен чайной посудой. Всеволод, знавший привычки настоятеля по трапезной, принес на тарелке сушки, две банки с вареньем. Тетя упрекнула его, что варенье он принес прямо в банках.

О варенье и говорили. О.