Ворон расправляет крылья

Великий воин? – протянули рядом.

Вожак стаи поднял голову, и по лицу тотчас расползлась широкая улыбка.

– Генка! – воскликнул он радостно. – Ты ли это?.. Сто лет не видел!

Мужчины чуть не задушили друг друга в медвежьих объятиях. Они хохотали и хлопали друг друга по спине. Потом пожали руки и поздоровались нормально.

С магом Геннадием волколак когда-то давно лежал в одной палате в госпитале. Несмотря на ловкость и профессионализм, Серебренников периодически попадал в больницы. В тот раз он был серьёзно ранен и пролежал в госпитале долго.

Товарищи бегло обсудили дела друг друга.

– Как твоя стройка? – осведомился Арсений.

– Да стоит, – вздохнул колдун. – Денег нет. Рассчитывал на премию в конце года, а меня её лишили.

– За что?

– Наказали за недостачу.

Гена работал на пункте переливания крови.

– Недостачу? – растерялся воин. – Крови не досчитались, что ли?

– Именно.

Арсэна будто током ударило. Он много думал над версией Влада, и единственное, что мешало ему с ней согласиться, – это кровь Паши, которая была повсюду. А что, если?..

– Ген, – очень серьёзно заговорил волколак, опасливо озираясь по сторонам, – а можешь поподробнее об этом?

Маг почувствовал напряжение собеседника и тоже стал говорить тише.

– Девятнадцатого декабря мы проводили последнюю сверку, и всё было на месте, строго по спискам. А двадцать пятого к нам нагрянула проверка, и тут на? тебе: нет трёх ёмкостей! Мы сами удивились!

– И часто у вас такое случается? – поинтересовался Серебренников.

– Да в том-то и дело, что нет! – шёпотом вскричал Геннадий. – Ни разу за всё время моей работы! И, ежели один ещё могли уничтожить раньше времени, то остальные – нет!

– Почему?

– Один мешок был с жидкой кровью – такая хранится не больше трёх недель. Потом она непригодна для использования. Жидкой у нас сейчас мало – в ней нет необходимости: не война, и переливание делается нечасто.

– А зачем вы замораживаете кровь? Так дольше хранится?

– Именно.

Арсений нахмурился.

– Двадцать пятого, говоришь?.. А ты можешь посмотреть, чья это была кровь? Кто сдал её, я имею в виду. У вас ведётся такой учёт?

– Да, могу, – кивнул Гена. – Вижу, это важно. Пойдём.