Ворон расправляет крылья

Его объятие стало более крепким и тесным, а поцелуй – страстным, головокружительным до беспамятства, безрассудным и глубоким. Вампирша ответила ему с не меньшей эмоциональностью, одна её рука обвилась вокруг его шеи. Всем своим существом она льнула к нему, тихонько вздыхала от счастья, пальцами ласково поглаживала его шею. Его рука тоже не бездействовала – скользила по её спине, норовя прижать её к нему посильнее. И хотя поцелуй их был взрывным и безумным, закончился он на весьма трогательной ноте.

Оба прерывисто вздохнули.

Арсений улыбался с закрытыми глазами, наслаждаясь воспоминаниями о потрясающем поцелуе. Изабелла опустилась с цыпочек и уткнулась лицом в его грудь, слушая торопливый и сбивчивый стук его пламенного сердца. Позабыв о том, кто она и где, женщина обняла высоченного волколака за талию и довольно расслабилась.

– Я слишком много себе позволяю? – с лёгкой весёлостью в голосе осведомился мужчина.

Вампирша помялась и, подняв к нему пылающее лицо, ответила смущённо:

– Возможно.

Я ещё не решила.

Он свободно рассмеялся, глядя в сияющие глаза напротив, и нежно чмокнул её в губы.

– Пока ты разрешаешь, – пожал Арсэн плечом.

Закирова тоже не удержалась от смеха, позабавленная ситуацией. Он сейчас был таким бесшабашным и озорным, что, если бы даже захотела, она бы не смогла на него рассердиться. Вдвойне это было сложно сделать от того, что в огромных карих глазах отражался целый водоворот эмоций, в котором можно было запросто утонуть. Она и тонула невольно, как зачарованная глядя в эти чистые глаза.

– Мне пора идти, – кое-как выговорила Белла, поморгав часто-часто.

– Да, конечно, – с широкой улыбкой кивнул оборотень. – Я провожу.

Наклонившись, он поцеловал её руку, но не один раз, а сразу три подряд. Сердце голубоглазой брюнетки судорожно сжалось трижды соответственно каждому поцелую, она заволновалась ещё сильнее, чем после страстного поцелуя несколькими минутами ранее. От смущения женщина суетливо поправила платок на голове и, развернувшись, торопливо направилась к своему Лагерю.

Серебренников с довольной улыбкой последовал за ней.

Позже волколак превратился в зверя. В нескольких метрах от ворот у Ноябрёвки Изабелла оглянулась на него и застенчиво помахала на прощание рукой. Хищник мотнул головой, принимая её жест. Стоило ей скрыться из виду, как волк рванул назад. На огромной скорости, со всего духу, он бежал к машине, наслаждаясь ощущением дикой свободы.