Пираты Горловского моря. Рассказы

– Так, а с торговлей что? – спросил Витаха?

– Нормально, уже наколядовал около трёх косарей. Сейчас после Ямполя успеем ещё раз пройтись до головного вагона, а в Славяногорске мы выйдем оттуда, а вы наши сумки захвати?те и встретимся в здании вокзала возле касс.

Подозрительно оглядев полухмельные улыбающиеся рожи своих друзей, лоснящиеся от удовольствия, Димчик и Митяй, огорчённо взглянув на опустошённую без их участия бутылку водки, опять пошкандыбали торговать своими физиономиями и мормышками.

На конечной станции раздухарившаяся троица вывалилась из вагона и отправилась искать своих компанейцев.

– А где Димон? – спросил Юрец.

– В опорном, только зашёл, – ответил Гориков.

И только Митяй замолчал, из-за угла вышел довольный Броцкий.

– Ну, что он сказал? – спросили пацаны.

– А ничего, взял пеню в двести рваных на пачку сигарет, и сказал, мол, торгуйте.

Пока они разговаривали, все места в зале ожидания были заняты. Кто-то из рыбаков пытался спать, кто-то читать, но основная масса любителей подлёдного лова бухали.

Броцкий, пользуясь случаем, ещё раз со своим лотком прошёлся между группками рыбаков, а после обхода, предложил разместиться возле дверей опорного пункта милиции:

– Я ему заплатил, так что право имеем, мы ведь не твари дрожащие.

Митька не смотря на то, что был подхмелевший, не удержался:

– Ты что, Достоевского читал, или откуда ты про тварей знаешь?

– Какой Достоевский? Это у меня старшая сестра Ирка так часто говаривает, когда с матерью ссорится.

Так они под дверью милиции, отбросив всякие приличия, и усандалили 0,75, пока ждали поезд на Купянск. И было ведь всё хорошо, пока в зал не ввалилась коробейница, которая предлагала сигареты и пиво по приемлемой цене. Жадность фраеров сгубила. Пацаны взяли по бутылке пива, не забыв заплатить за Митьку, у которого «штука» целая и, запамятовав о правилах застолья, понизили градус. После этого снизошло на них невразумительное восприятие происходящего.

Волнович спал, и в пьяном бреду ему привиделось, как он на блошином рынке пытается обменять свой видавший виды кожаный офицерский ремень на две картофелины в мундире и пол ананаса, но не успел договориться, потому что ему приспичило в туалет.

Лёшка проснулся от жуткого желания справить малую нужду.