Семена раздора

Надеюсь, холод и труд выбьют из вас обоих дурь, и храни каждого из вас Хорос бранелюбивый, если этого не случится. Ещё раз узнаю о таком – и мы поступим буква в букву по Аэроповым правилам. На этот случай советую заранее подружиться с войсковыми палачами, потому как недружелюбный мастигомаст может при желании снять всю кожу со спины не за двадцать, а за четыре удара. Ясно?

– Да, декадарх-эпистат!

– Свободны!

Троекратно ударив правым кулаком в нагрудник, стражники удалились, и Тилем, недовольно хмыкнув, уселся за стол.

– Даяра неистовая, непокоряющаяся, дай долгих лет царю Пердикке и сделай так, чтобы его пережил только один из наследников, – сказал он после недолгого молчания и снова вздохнул. – А если уж можно выбирать, то пусть это будет не наследник, а наследница.

Долго ещё сидел ветеран за столом, предаваясь тяжёлым раздумьям и время от времени вздыхая. Так его и застали первые лучи рассвета.

* * *

А чёрный конь уносил всадницу всё дальше и дальше от города. Позади остались предместья Ордеи с их бесконечными грядками капусты и репы возле круглых домов, краснеющих покатыми черепичными крышами. Первую зарю всадница и конь встретили посреди Крийских виноградников, чьи янтарно-жёлтые плоды, собранные в последнем месяце осени и тронутые первыми заморозками, давали знаменитые «слёзы Эникс» – сумеречное вино, прозванное поэтами осенью в кувшине.

Миновав Крию, всадница оказалась в Лехейской пуще – части густого лесного массива, покрывавшего южные предгорья Селакских гор. Пуща издавна слыла таинственным и священным местом, её посещали разве что охотники да целители в поисках редких трав, потому и хоженых троп здесь имелось немного, но всадницу это нимало не беспокоило. Уверенно правя конём и не задумываясь, в какую сторону ехать, она всё дальше углублялась в лес, пока деревья не расступились, открыв небольшую поляну с бревенчатой хижиной, крытой соломой.

Переступив порог, всадница откинула капюшон, из-под которого показалось лицо девушки пятнадцати, самое большее шестнадцати лет. Заострённый нос, тонкие бледные губы, худые скуластые щёки, еле тронутые лёгким загаром, – не красавица, но любой удивился бы выражению гордой решимости на юном лице и жёсткому проницательному взгляду больших серых глаз.