Шкатулка маминых сказок. Сказки

Днём они вместе гуляли, собирали ягоды, а потом горстями ели их с молоком. А вечером дед рассказывал сказки, да такие чудные эти сказки были, совсем не такие, которые мама читала на ночь. Всё было хорошо, вот только ночью Лёшка спать боялся. А виноват в этом был Митя. Перед самым отъездом сказал он Лёшке:

– Ты, конечно, поезжай, но дом у деда старый, в нем и домовые живут, и леший к ним по ночам на чай приходит. Но самое страшное это монстр под кроватью.

– Что за монстр? – шёпотом спросил Лёшка.

– Приедешь, узнаешь, – так же шёпотом ответил Митя.

Каждую ночь, под Лёшкиной кроватью, что – то скреблось, пыхтело и охало. Лёшка совсем не мог спать. Он укрывался с головой одеялом и боялся пошевелится. «Вдруг я пошевелюсь, – думал Лёшка, – а монстр меня за ногу схватит и в нору свою утащит». Засыпал Лёшка только под утро, почти с петухами.

– Дед, а ты не знаешь, что у меня под кроватью по ночам шумит? – спросил утром Лёшка.

– Так мышь наверно завелась, вот и шуршит, – ответил дед, а потом, прищурив один глаз, спросил Лёшку.

– Нет, что ты! – Стал оправдываться Лёшка, – мне просто интересно стало. Чего мне мышей-то бояться, я же не девчонка.

– И то верно, – согласился дед, – Но если вдруг чего испужался, вот тебе совет. Ты своему страху прямо в глаза посмотри, страх и уйдет. Понимаешь, очень страх боится взгляда смелого. Как увидит перед собой глаза смелые, так и бежать, только пятки сверкают.

Дед ушёл в огород, а Лёшка остался.

На кухне, какого только оружия не было. Из кухонной посуды вообще можно было рыцарские доспехи соорудить. Лёшка одел на голову кастрюлю, в руку взял половник. И в этом воинственном виде отправился под кровать. Стал он половником по полу стучать и приговаривать:

– Эй, монстр, выходи, да сразись со мной в равном бою!!!

– Ой-ёй-ёй!!! – Закричал кто-то писклявым голоском из самого дальнего угла, – не надо со мной сражаться, я и драться – то не умею.

– Откуда, ты знаешь, как меня зовут? А ну-ка покажись! – Громко крикнул Лёшка.

Из – за старой корзинки, которая стояла в самом дальнем углу, вышел маленький человечек, ростом он был чуть больше мизинца.