Принц и Ницше, или Всегда говори «никогда»

А ты типа… строитель? Видишь, судьба знала, что я буду покупать квартиру в этом доме, а ты строил ее для меня, и вот мы снова встретились.

Она беглым взглядом прошлась по внешнему виду Вовы: уставшая оранжевая каска с привязанным к ней «шахтерским» фонариком венчала голову, пыльный, закатанный рукав синей измученной робы смахнул грязный потек пота со лба, а разодранные перчатки на бронзовых руках, исполосованных белыми, не загорающими ниточками шрамов, почему-то отождествились у Алены с американскими бездомными, греющими руки у горящих мусорных баков.

– Ох, уж эта судьба-злодейка.

– Ладно, я вижу, что юмор сейчас не очень уместен. Особенно про судьбу.

Алена улыбалась, но все же скрестила руки на груди. Точнее под. И притягательный вырез стал еще более заметен. Послышались разносторонние томные охи, кто-то из работников, споткнувшись, упал.

– Юмор всегда уместен, – Вова тяжело затянулся сигаретой, представив, что курит тлеющее июльское небо, застывшее в расплавленной полумиражной латуни полудня.

– Неужели? – Алена перевела руки на бока, а льстящий настроению летний ветерок набросил несколько тонких прядей ей на лицо.

– Знаешь, у жизни очень скверное чувство юмора. Но если ты не будешь смеяться над ее шутками – тебе пиздец.

Вова впервые за их недолгую встречу улыбнулся. Но невеселая дуга улыбки уже через секунду стала линией.

– Мысль интересная. Я, кстати, еще не встретила белого кролика.

– Значит, время еще не пришло.

– Время для чего?

Алена носочком ножки аккуратно нарисовала на дрожжах строительного песка, из которого вскоре взойдут новые дома, знак вопроса, не пожалев лоска дорогих блестящих туфель.

– Время разрушения астральных и ментальных оков.

– Вальпа! Ну пошли!

Поверх Вовиных слов раненой птицей закричал с проходной упитанный малый в круглых очках, облаченный в стильные синие брюки и гротескную рубашку цвета индиго, млеющие в неимоверном напряжении пуговицы которой сдерживали идеальную выпуклость изощренно-дивного живота – малый как будто только что проглотил маленькую планету.

– Тебя уже заждались вон те увеселенные достойные мужи.

Вова кивнул глазами в сторону раскрытой настежь двери проходной, где толпилась пестрая компания.

– Аленушка! Вальпушка! – не унимался упитанный кругляш, броско перекинув пиджак через плечо и тряся львиной шевелюрой, от которой явно был без ума.

– Без фамильярностей попрошу! – деловито прикрикнула Алена в ответ, пригрозив кулачком. – Ну пока.