Элегия страсти

Где она, блистательная юность,

Жизни прежней дымная фата,

По дорогам, втоптанная в лунность,

Отражаясь в прошлом навсегда.

Но в груди России будет биться

Вольный дух, бессмертье сохраня.

Я с тобой теперь боюсь проститься,

Дорогая Родина моя.

А тебе давно уже, приятель,

Жизни подлой шёлковая плеть.

Поцелуи, жар твоих объятий

Превращают нежный ситец в жесть.

И всё больше хочешь ненавидеть

То, что искренне всегда любил.

За какой же грех, хочу увидеть,

Душу я тоскою отравил.

    2001

Кавказ

Твоих снегов заманчивая свежесть,

Твоих лугов божественный простор

Во мне рождают вдохновенья зрелость

И красотой своей ласкают взор.

Твоих пещер священные преданья,

Бесценные дары твоих Богов

Рождают лиры томное рыданье

И рвут ей струны музыкой ветров.

Ещё не всё во мне остановилось,

Источник жизни в сердце не иссяк.

Моей судьбы звезда не закатилась.

Я этой музы поднимаю стяг!

Теперь совсем далёк я от Кавказа,

Мне праздность дарит космогенный свет.

Лишь уподобься чистоте алмаза ?

Ты будешь прав: пути иного нет.

    2001

Луч

Заката луч на купол неба,

Как солнца нежный взгляд, упал.

Казалось, будто он устал,

Когда купался в злате хлеба,

Когда всему он жизнь давал.

И вот тихонько умирал,

Чтоб завтра заново родиться,

И чтобы снова закружиться

Меж братьев. Новый день настал.

Теперь же словно ускользал

Затем, чтоб в лоно опуститься.

И он успел со всем проститься

И место ночи уступал.

    2001

Откровение

И тополь гнётся, листья отпуская,

И всё пророчит осени тоску.

Порой и вечности для нас бывает мало,

Порой и нас для вечности бывает мало,

Хватая на одну весну.

От осени мне веет запах страха,

То чувство, что знакомо только мне.

Опять один, беспомощный, у праха

Святой мечты, затерянной в судьбе,

В преддверье юности, смолкающей во мне.

Я в это время и смеюсь, и плачу,

И осень я в стихах боготворю.

Я осенью живу совсем иначе,

Я осенью дышу совсем иначе,

И это время чудом назову.

    2001

Венера

Я устал побираться на папертях славы,

Я устал безнадёжно мечтать,

И утратил я веру в свои идеалы,

И тебя призываю опять.

Ты же вольно и плавно сошла с пьедестала,

Освещая божественный стан,

Оставляя от тоги, что тихо сползала,

В моей памяти тысячи ран.