Великая надежда

Однако могильщики остановились. Остановились и поставили носилки на землю. Казалось, они стоят так исключительно для того, чтобы задержать детей. Казалось, и могила вырыта исключительно ради этого.

Могила была вырыта заранее – а как же иначе? Тонкие черные ветви склонялись над ней и концами касались края бездны. Могила была расположена на самой границе дальнего кладбища.

Хоронившие наклонились, сняли гроб с носилок и обмотали его ремнями, чтобы спустить вниз. Гроб заколыхался и быстро исчез в темноте.

Дети молча стояли над кучей земли.

Внезапно им показалось, что здесь кончается последний путь на волю, последняя дорога, ведущая к границе, последняя возможность потребовать где-нибудь свидетельства. Могильщики принялись закапывать могилу, и дети нерешительно пошли прочь.

Перед теми, что шли первыми, уже выросли стены зала прощания, как вдруг они заметили незнакомца, который медленно, покачиваясь, шел по белой дорожке им навстречу. Как загнанная дичь, они бросились в кусты.

Эллен и Георг, немного поотстав от остальных, не услышали их предупреждающих криков.

Они побежали, потому что вдруг потеряли всех из виду, и угодили прямо в объятия к этому чужому человеку.

– Куда спешим?

Наклонив голову вбок, он стоял, расставив ноги, посреди дорожки и не пропускал их.

– Куда?

– Кто вы?

– Не куст и не шпион.

Это был, как сразу же выяснилось, кучер катафалка. И он все слышал.

– Вы хотите в Святую землю?

– Это была шутка, – сказал Георг. Дети держались стойко и старались больше не убегать.

Он ухватил их за плечи и пошел вместе с ними к воротам. Они чувствовали его холодные вялые руки.

– А почему вы хотели прямо в Святую землю?

– Мы так играли, – возразила Эллен.

– Но это же глупость, – сердито крикнул кучер. – Святая земля слишком далеко, слышите? – Он нагнул голову ближе к детям. – Граница тут совсем близко, добраться до нее легче легкого! И оттуда вам уже больше никуда не нужно. Там вдоволь игрушек, там вам все вернут…

– Там летают жареные куропатки, – нежно улыбнулась Эллен, – это тоже из сказки!

Кучер сердито на нее посмотрел.

– Здесь есть граница, совсем недалеко, – настойчиво повторил он.

– И много часовых, – добавил Георг.

– Не всюду расставлены часовые, – возразил кучер. – И я вожу не только катафалк.

– Что вы за это хотите?

Он назвал сумму.

– Деньги, – сказала Эллен.

– А ты что думала?

– И когда вы поедете?

– Послезавтра. Я свободен послезавтра.