Великая надежда

Доверие разбушевалось, как волны в бурю, и вынесло ее на пустынный берег выступившей из тумана земли, и бросило посреди муки и горечи разочарования. Она прыгнула, повисла у него на шее и поцеловала его. Но тут он уже опомнился, оторвал детские руки от своих плеч и легонько отстранил ее.

– Ты как сюда попала? – спросил он со строгими нотками в голосе. – И что это с тобой за компания?

– Хорошая компания, – сказала Эллен, – не хуже другой.

Она обернулась и небрежно махнула рукой:

– Можете идти по домам!

В кустах зашелестело – сперва тихо, потом погромче, зашуршала листва, платья зацепились за колючки и с хрустом отцепились от них.

Оба солдата озадаченно обернулись, однако никакого приказа не получили, поскольку Эллен яростно и старательно держалась за шею отца. Она впилась в него и не давала ему открыть рот. Она висела на его погонах, как маленький, настырный зверек.

Она думала: у Герберта нога не гнется, Герберту нужно больше времени. Больше она ни о чем не думала. Она плакала, и ее слезы оставляли пятна на мундире. Ее тело сотрясалось от всхлипов, но между всхлипами она смеялась, и прежде чем отцу удалось высвободиться, она укусила его за щеку.

Он достал носовой платок, поднес к губам и стал оттирать пятна с кителя.

– Ты больна, – сказал он. – Немедленно иди домой.

Эллен кивнула.

– Доберешься одна?

– Доберусь, – спокойно сказала она, – еще бы! – Но при этом она имела в виду совсем не тот грязный квартал, где жила с бабушкой и тетей Соней, а обволакивавшую ее даль.

– Я на службе, – объяснял он, медленно успокаиваясь. Вышестоящему начальству можно представить происшествие как фантазию больного ребенка.

– Не буду тебя больше задерживать, – вежливо сказала Эллен.

Он поискал некоего завершающего жеста и нерешительно взял под козырек. Эллен хотела еще что-то сказать, хотела еще раз увидеть его лицо, но не шевельнулась.

Она повернулась к скамье. – Георг! – прошептала она.

Но Георга там не было. Никого не было. Все убежали. В этот миг ветер разогнал тучи. Эллен побежала вниз по ступеням и остановилась над водой. Луна перебросила ее тень, как мостик, с одного берега на другой.

Святая Земля

Кто не принесет свидетельство, тот пропал, кто не принесет свидетельство, тому конец.