Великая надежда

– Воде-то что, течет себе мимо, – мрачно заметил мужчина.

– А если они узнают, что мы катаемся на карусели! – Рут поежилась. Владелец тира молча проверил сиденья. Грозно поблескивал песок.

– Музыку!

– А если на вас донесут?

– Знаете, что это значит?

– Нет, – спокойно сказал мужчина и крепко пристегнул детей. Словно на пробу он привел карусель в движение. Сиденья качнулись.

– Давай! – снова крикнула Биби. – Музыку!

Крыша начала кружиться. Негнущаяся нога Герберта боязливо взлетела в пустоту.

«Возвращайся!» – заорал раструб динамика поверх парапета набережной.

– Я хочу сойти! – закричал Герберт. Никто его не слушал.

Дети летели. Они летели вопреки закону своих тяжелых башмаков и вопреки закону тайной полиции. Они летели, повинуясь закону центробежной силы.

И серость, и зелень остались далеко внизу. Все краски слились. Чисто и ярко сверкал воздух во славу неведомого. Они глядели на мир другими глазами.

Глубоко внизу стоял, сложа руки на груди, хозяин тира. Он закрыл глаза.

Дети кричали. Они то и дело хватались друг за друга, чтобы потом еще дальше разлететься в разные стороны. Все было так, как они себе представляли.

«Возвращайся!» – надрывался динамик.

Дети его не слышали. Блеск самых дальних звезд добрался до них.

Какая-то женщина переносила через мост коляску. Ребенок в коляске спал, и лежал, и улыбался. Другой ребенок бежал рядом с коляской и громко плакал.

– Хочешь есть? – спрашивала женщина.

– Нет! – плакал ребенок.

– Хочешь пить? – спрашивала женщина.

– Нет! – плакал ребенок.

– У тебя что-нибудь болит? – спрашивала женщина.

Ребенок заплакал еще громче и вообще не ответил.

– Помоги мне нести! – сердито сказала женщина.

Кривые ступеньки спускались к воде.

– Держи крепче, – сказала она. – Ты слишком слабо держишь.

Налетел ветер и попытался взбить ее повисшие прядями волосы. Ребенок в коляске заплакал. Ребенок рядом с коляской засмеялся. Они шли вдоль реки.

– Почему ты смеешься? – спросила мать.

Ребенок засмеялся еще громче.

– Нам нужно найти место, – сказала она, – хорошее место!

– Место, где ветер, – засмеялся ребенок, – где ветер и много муравьев!

– Место, где нет ветра, – возразила женщина, – и муравьев тоже нет.

– Такое место, где еще никто не лежал, – смеялся ребенок, – где трава еще высокая!

– Где трава уже примята, – сказала женщина, – и где уже лежало много народу. Там лежать лучше.