Наш сосед Степаныч

Пока мы с Вами сверлили, пельмени как раз сварились, – Алёна пригласила нас с соседом на кухню.

– Пельмени – это здорово! Даже покупные. Лучше всего, когда сразу из трёх сортов мяса. Вот я в среду как раз налепил штук двести. В воскресенье родня соберётся, будем пельмени есть. Они все тоже пельмени любят, – обстоятельно объяснил сосед.

Мы втроём сели ужинать. Жена разложила по тарелкам покупные пельмени, подала сметану, масло и горчицу.

– Роман Степаныч, хотите красного вина? – предложил я как радушный хозяин и, признаюсь, ценитель хороших вин.

– Нет, спасибо, это как-то неправильно, как-то не по-нашему, хотя ещё древние говорили: «Ин вино веритас» – истина в вине. Но с русскими пельмешками правильно пить русскую водочку, – патриотично объяснил Роман Степаныч.

– Не вопрос! Водка тоже есть, – сказал я и полез в холодильник.

– Знаете, один мой хороший знакомый, префект нашего района, любит говорить: «Водка не человек, ей в приёме не откажешь», – сказал Роман Степаныч, показав зачем-то пальцем в потолок, – но сегодня я вынужден с благодарностью отказаться.

– Роман Степаныч, а Вы кем работаете, если не секрет? – вкрадчивым голосом поинтересовалась моя жена, женщина по природе своей очень любознательная. Иначе зачем бы она звонила моей секретарше по несколько раз на дню и интересовалась, на работе я или где?

– На нынешнем историческом этапе работа моя совсем не секретная. Я – трудовик.

– Это сразу видно, что Вы мастер на все руки! – сказала Алёна.

– Куда мне! Вот однажды мне довелось с такими людьми познакомиться, у которых действительно золотые руки были. Гении, самородки… Хотя, если честно, они и не совсем люди были… – сказал сосед.

– Как это – не совсем люди? Роботы, что ли? Вроде Самоделкина? – удивился я.

– Нет, не роботы, – сказал сосед и добавил, словно речь шла о чём-то само собой разумеющемся: – Просто призраки.

Мы с Алёной переглянулись.

– Хотите, расскажу, как дело было? История, прямо скажем, мистическая, хотя и случилась на самом деле. Как говорили древние, «инкрэдибиле дикту» – скажешь, не поверят. Но что было, то было, а верить или не верить – это уже ваше дело, – сказал Роман Степаныч, – не случайно Тертуллиан говорил: «Цертум, квиа импоссибиле эст» – верю, потому что невозможно.