Дневник одного директора

Здесь должны быть фотографии из глубокого «деревянного» прошлого: старое деревянное здание театра по улице Кирова. Фото дореволюционных трупп. Помню, какое удовольствие я получил, разглядывая старинные монохромные фотографии зрителей театра 1850 г. в Иркутском академическом драматическом театре им. Н.П. Охлопкова, узнав среди них генерал-губернатора Николая Муравьева-Амурского. Нам тоже необходимо поэтапно воссоздать историю театра. Надо рассказать историю творчества наших великих артистов – Нины Константиновой, Валентина Антонова, Александра Кузнецова, Эдиса Купшиса.

Шестое. Не замыкаться в рамках одного театра. Общаться с коллегами из других регионов и с саха-театрами. Искать, искать и еще раз искать – новые формы выражения творческой мысли, новых режиссеров, новых актеров, новые сюжеты. Про то, что надо неустанно пускаться в поиски, не Вениамин Каверин сказал, а лорд Теннисон, об этом почему-то мало известно. Теннисон написал стих про то, что Одиссей заскучал на своей Итаке и уже слегка постаревшим снова отправился в морской поход и заявил: «Бороться и искать, найти и не сдаваться!».

***

На пенсии директор театра занялся общественной работой и продолжал вести дневники. Записи были более спокойные, посвящены они были в основном семье. В театр директор иногда приходил – на премьеры новых спектаклей, поговорить с молодежью, дать ей совет, заглядывал он и к директору Александру Лобанову.

В 2010 году ушла из жизни любимая супруга Ивана Ивановича. Он очень тяжело переживал ее уход, каждый день пешком ходил к ней на кладбище, приносил любимой цветы и пешком шел обратно. И летом, в жару и зимой, в стужу он старательно приходил на могилку в течение пяти лет. Он никак не мог смириться с тем, что болел все время он, а умерла она, его Катерина. Ходил еще в церковь, в Преображенский собор, на могилу безвременно ушедшего совсем молодым владыки Зосимы, с которым долго дружил.

09.08.2010 года директор-пенсионер сделал такую «деловую» запись: «Нашел в театре маленького черного щенка. Принес его домой. Кот спрятался, не признал его. Щенок попил молока. Мы с ним точно уживемся. Вот только бы кот Вилли его принял. Назову собаку Рэкс-2 в память о бабушке». Собаку назвали Север. Кот его не принял, и они регулярно дрались.