Поющий камень

Зачем кулак или стилет,

Когда листва струится тихо?

Сойти с вершин, темнея ликом —

Страдания узнать секрет.

Осколок

Жизнь, как осколок древних молний,

Мудрее всех учителей.

Здесь чем больнее, тем безмолвней,

И чем безмолвней, тем светлей.

В ладонях теплых, с опозданьем,

Трезвее, чем седые льды,

Она приносит осознанье:

Паденье – милость Высоты.

Бессилье тайно служит Силе

В невидимых качелях тех,

И цепи – будущие крылья,

Готовящие твой побег…

Живи, величественный нищий,

В скорлупах слов, обид, одежд,

Ищи на горьком пепелище

Свободу от смешных надежд.

Белый трамвай

Имя Осени ветер в окно приоткрытое кинул,

Словно дату отпущенных телу пылинчатых лет.

Я вернулся вперед, прошлогоднее сердце отринул,

Позвоночник рванулся сквозь крыши и встретил рассвет…

Поживи там, где ящер не знает заезжего альта,

Там, где нравственность падает, не дожидаясь смычка.

Город липовых жизней, укрытый бронею асфальта,

В казино оставляет Пиноккио, выгнав сверчка.

Ум, увенчанный биржей, не знает, что он – заключенный.

Сериал об убийстве – пароль темноты без перил.

Кто сломает себя, поломает напев обреченный,

И лучом разорвет влажный кокон оскалов и рыл?

Так увидеть хочу ваши чистые детские души —

Без погон и погонь, без слепящей наживы и бомб.

Есть веление – жить поперек человеческой стужи,

Мячик Радости, бросив на землю, ударили чтоб.

Это поздняя осень, последняя первая осень.

Все сначала, все завтра, все было, исполнится вновь.

Ищет ухо поэта поэзии в гибельной прозе.

Ищет в жизни и смерти- свечения – только любовь.

Вот и белый трамвай,

за которым ни рельс, ни блестящего следа.

«Оплатите грядущее, – молвит кондуктор, – конь блед».

Я раскрою ладонь – сердце, тайно живущее Светом —

Мой билет на проезд в золотой долгожданный рассвет.

Повечерье

Позови на подмостки, трагедия Осень, —

Кровь бледна у рябиновых ягод твоих…

Дымка, шелесты, иней на сломанной розе —

И внезапно мистически светится миг.

Может, нежное это стоит повечерье,

Иль сцепление слов, переливы на «нет»,

Может, просто покой, или козыри черви,

Или стук по асфальту незримых карет…

Расскажи мне деревьев наименованья,

Белых звезд и цветов имена расскажи,

И от мелкого я убегу упованья —

Не любить голый призрак, железную жизнь.