Планета в клетке

Чёрные его глаза, чернее густых прямых волос, аккуратно приглаженных над благородным лбом, смотрели печально, и оттого его участливость казалась особенно выразительной.

Такой фигуре следовало бы явиться в белой раздуваемой отсутствующим ветром рубахе, в узких бархатных штанах и высоких сапогах, которые подчеркнули бы особую силу его ног бегуна или атлета.

Так как Джонатан слегка растерялся, то, не зная, с кем он говорит, не нашёл ничего более подходящего, чем кивнуть на бумагу и сказать:

– А?

Он тут же понял, что обратился со своими впечатлениями не к тому джуни.

Тем не менее, тот предупредительно отозвался на никчемный возглас незнакомого и, очевидно, прилипчивого гражданина. Он взглянул вопросительно на Джонатана, тут же на бумагу с гибридом, быстро и очень цепко прочитал текст, который прочитать сходу было не так-то просто, и, кивнув, повернулся к Джонатану:

– Если не они сами придумали эту игру, я в них разочарован.

Джонатан вгляделся, как ему казалось, незаметно.

Странный джуни… джуни?

– Ух, ты. – Вырвалось у него, он смутился.

Вдобавок, ему показалось, что это малоприличное восклицание и вовсе неуместно. В глазах черноволосого теперь он явственно увидел печаль такой глубины, что странно, как она не поднялась и не поглотила взгляд его, сильный и спокойный.

Незнакомец неуловимым кивком дал понять Джонатану, что – ничего страшного, он не обижен, хотя и печален, это точно. И он был вроде как благодарен Джонатану, но за что?

Королю он показался безумно знакомым, но виденным не на улице, не мусор выбрасывающим, и вообще не в житейщине.

И отчётливее стало чувство, что человек переодет.

Джуни ещё раз кивнул, окончательно прощая Джонатана, и отошёл в сторону, дав понять, что общение было, но – окончено.

Джонатан отвернулся в поисках поддержки и обрёл её в лице Лис. Она стояла в углу возле какого-то расписания и не заметила происшедшего.

Джонатан неуверенно подошёл к ней. Он дождался, чтобы она нашла что-то важное в расписании, и вопросительно взглянул ей в глаза.

Лис взглянула в направлении, которое указал Джонатан плечом. Потом на самого Джонатана.

Джонатан увидел, что в учительской нет никого, кроме них, а разве луговая нечисть считается?

– Странный тип…

Лис сказала, снова поднимая глаза к росписи:

– Он потерял ребёнка.

Джонатан подавился воздухом.

– В смысле, его отняли. – Пояснила Лис. – Он его искал долго, а теперь работает в школе.