Дорога из АДа

– А что за дело-то? Капусту подкулачить, чтобы не гнила?

– Какую капусту, какую? Мышеложествую – видишь?

– Мыше… чего?

– Вот ты мышей здесь видишь или как?

– Или как.

– От чего – знаешь?

– Куда мне, дядя Коль, неужто от мышеложества?

– Смотри-ка, соображать начал. Вот видишь, на листочке серая боковина? – Проворно подняв один оторванный лист, поднес его к моему носу. Вот она, мышеложка, и есть. Из обычной мышь жрать не станет, а из этой за милую душу все уплетет.

– Какая мышь? Их же нет.

– Конечно, нет, потому как, нажравшись, все спят от мышеложества до мышеложества.

– И чем же вы их так кормите?

– А это не мое дело и не твое уж подавно, этого никто видеть не должон, я ложки расклал, рынок закрыл и до следующего утра чтобы ни одно рыло ни ногой. А утром прихожу – ложки чистые, мышей нет.

– Так, может, их вообще нет?

– Вот ты загнул. Тут рынок?

– Рынок.

– Мыши, значит, должны быть?

– Вроде как.

– А нету! – торжествующе сказал дядя Коля. Подведя черту под разговором, он повернулся и засеменил дальше по проходу, деловито осматривая кочаны.

Нету… Конечно, нету… Ведь никто не видел и не было их, скорее всего. Но рынок – должны быть. А нету… Как всегда, после разговора с дядей Колей я вышел с рынка озадаченный и несколько прибитый.

Забыл про козсовет узнать, ну и ладно, так пойду, на месте разберусь, если до сих пор жив, – значит, это кому-нибудь нужно…

Часть 1а

От большой, обитой дерматином двери сразу повеяло чем-то основательным и старинным, особенно внушительно выглядела латунная табличка с изящной гравировкой «Председатель, доктор наук Лукьяненко С.

Пару раз стукнув по ручке, я, не дожидаясь ответа, открыл дверь. Опа! Семен Михайлович, мой попутчик по купе, собственной персоной сидел за массивным столом с инкрустированными тумбами. Он был погружен в изучение каких-то бумаг, но, оторвавшись от них и увидев меня, просветлел лицом:

– Максим, я в вас не ошибся, давно ожидаю.

– Вот как, а я, признаться, не ожидал, – начал я. – Объясните, пожалуйста, как я сюда попал и что происходит?

– Ничего страшного, голубчик, поверьте, – поправляя очки, начал он. – Да вы присаживайтесь, я все объясню, ну насколько смогу, конечно. Тема-то непростая.

– Искренне надеюсь, – сказал я, садясь на такой же основательный, как и все в этом кабинете, стул с резными ножками.

– А вы молодец, освоились, подругу завели.