Нестрогое соотношение сердца, души и родства

Деваться здесь некуда (по уверению специалистов – сердце за последний год стремительно начало хиреть и может в любой момент сделать остановку). И теперь с животным страхом приходится подписывать бумаги давая, таким образом, согласие на внесение собственной персоны во всемирную поисковую систему подходящего донора для меня.

А значит остаётся лишь ждать с кучей философских раздумий о бренности всего живого.

Кто же такой я? Да ничего особенного. Родился и до сих пор обретаюсь в Хусавике, тот на севере Исландии, притулившись на восточном берегу залива Скьялуфанди.

Этот город ещё называют «китовой столицей». Там и школу заканчивал.

У моих пожилых родителей один сын, но тут запутанная история.

В день моего совершеннолетия мама – Якобина Сигурдурдоттир, сидя семейным узким кругом за праздничным столом, почему-то именно сейчас решилась рассказать о подробностях появления на свет её чада.

Оказывается, был брат – близнец, который исчез при трагических обстоятельствах. Моему удивлению, конечно, нет предела – по какой такой причине про этот факт говорится столько лет спустя? И что значит пропал?

Мамин взгляд скорбно потухший.

– Йонис (так звался своими), дорогой ты наш, вам было по дню, когда случилось землетрясение….

– Как так?

Отец же, вообще, закрыл лицо руками – ему тяжело.

А у их дитя присутствует сплошная ошарашенность:

– Ничего не понимаю! Объясните, наконец! Я – то почему выжил?!

– В ту ночь, в роддоме, нас сильно тряхнуло. И в самый момент тебя принесли ко мне на кормление.

Но вот Стефаун, мы успели дать ему имя, лежал в кроватке совсем рядом – другая палата. Медсестра после первого толчка, сразу выбежала. Я же с тобой за ней. К счастью или сожалению дорогу преградила упавшая, буквально в сантиметрах, балка, – повисла тягостная пауза.

– А дальше? – нетерпение сжигает и захлёстывает.

Тогда уже папаша с глазами побитой собаки:

– Дослушай, сынок. Из рожениц в больнице находилась лишь твоя мама, а из медперсонала та самая, у которой был на руках и дежурный акушер.

У нас в любом месте «исландская концентрация», – он пытается даже иронизировать.

– И слава Господу нашему, что вы с мамой чудесным образом выжили в этой катастрофе. Но нет с нами теперь Стефауна, а среди обломков наполовину разрушенного здания нашли лишь погибшего врача мужчину. Ни пожарные, никто иной других человеческих останков не обнаружили, – голос его подрагивает, выдавая большое волнение.

Мне ещё не доводилось раньше видеть отца таким.