Резервация блаженных

– А потом я за все рассчитался с этим «новым русским» и его дружками. Что дальше, спросите вы? Тюрьма. Встреча с авторитетом Важей. И чтобы выжить в том мире, приходилось пользоваться его защитой, а потом ее отрабатывать. Вот такая печальная история про Генку Борзова по кличке Витек.

– Простите, что я вас стал спрашивать. Это у меня что-то чисто профессиональное и не очень чистоплотное, ? виновато проговорил писатель, но Витек только махнул рукой. Через некоторое время очнулся Володька. У него сильно болела шея, и он постоянно за нее держался.

– Ты что, офонарел, Витек? ? обратился он к напарнику, ? Я же пошутить хотел. И пойло в голову ударило.

Алексей Николаевич с презрением смотрел на это ничтожество, которое хотело самоутвердиться за его счет.

– Будешь много говорить, ? спокойно ответил Володьке Витек, ? получишь еще. А если Важа узнает о твоей выходке, тебе вообще не поздоровится.

– Да чихал я на вашего Важу! У меня свой командир, ? пытался возражать опасный балагур, ? Когда Серый «попишет» вашего грузина, он здесь свои порядки наведет.

Витек угрюмо посмотрел на Володьку.

– Твой Серый у Важи на крючке, салага, и если он посмеет хоть пикнуть… Он же у Важи в «шестерках» ходит.

От такого заявления Володька даже побледнел и на время лишился дара речи. Но затем его прорвало.

– Это ты шестеришь грузину!

Витек усмехнулся, подумав: «Что взять с дурака?»

– Я просто служу ему, дубина ты. А деньги, которые он мне отстегивает, тебе и не снились.

– Пугай, пугай, ? уже более миролюбиво произнес Володька, положив нож в карман.

Он поднялся, полез под стол и допив водку, окончательно успокоился. Володька, растянувшись прямо на полу, заснул безмятежным сном праведника. Витек, разрядив напряженную обстановку, дремал у двери. Но сон его был чутким, как у хищника, почуявшего опасность. Трубников, хотя и не собирался спать, после столь бурно проведенной ночи, под утро все же поддался тихим увещеваниям Морфея и провалился в глубокую дрему.

4

Важа, как всякий, уважающий себя бизнесмен, очень ревностно относился к своей собственности. А когда речь заходила о его интересах, он не жалел никого. На первый взгляд, безобидный веселый человек, похожий скорее на профессора, чем на бандита, Важа был беспощаден к своим врагам, а за ошибки никого не прощал, даже близких и дорогих.