Скамейка

Эти нерегулярные хлопки я слышу через закрытое окно. Передо мной на электронном экране – сменяясь, один за другим, открываются снимки, сделанные мною в Италии. Из трёх тысяч сюжетов мне нужно отобрать триста – самых интересных – для альбома. Натыкаюсь на снимок тюремной решётки. Внимательно изучаю его и вдруг – нахожу решение! Всё очень просто. Оказывается, в решётке есть «точка схождения», относительно которой она может сдвигаться и раздвигаться на две равные половины.

Вот и весь секрет венецианской решётки.

    02.12.2013

«Сжечь – не значит опровергнуть!»

С раннего утра на рыночной площади многолюдно. Затянутая белыми полотнищами шатров, она напоминает разбушевавшееся море, волны которого упираются в стены старых домов и скрывают в своих глубинах человеческие заботы.

Старая рыночная площадь Кампо де Фьори живёт в Риме своей особой жизнью. Никогда, даже ночью, не стихает её шум. И только, быть может, на один час в сутки наступает тишина – перед самым рассветом, когда изменяются краски, растворяются тени и происходит бесконечное таинство смены череды дней и ночей.

В предрассветных сумерках площадь начинает оживать. Вновь, по давно заведённому обычаю, торговцы первыми занимают свои места в торговых рядах, раскладывают на широких столах отменного качества овощной товар, свежую рыбу, великое разнообразие цветов, пасту, лоснящиеся восковыми округлыми боками сыры, а булочники наполняют утренний воздух ароматом свежеиспечённого горячего хлеба. С рассветом на площадь приходят главные покупатели – повара всех мастей, владельцы ресторанов и придирчивые домохозяйки.

К девяти утра главный товар уже продан. После обеда торговля спадает, незаметно исчезают белые шатры, а к четырём часам не остаётся и следа от недавнего рынка – всё убрано и подметено.

Жизнь перемещается к стенам домов, окружающих площадь, под многочисленные навесы, где уже расставлены столики домашних ресторанчиков и кафе.

До поздней ночи шумит рыночная площадь. Светят огнями открытые рестораны, сидят за столиками влюблённые парочки, громкий смех взрывающий темноту звёздной ночи, перезвон стеклянной посуды и рокот мотороллеров давно уже стали её привычным антуражем.