Дорога дорог

Перед обедом я встретился с подругой и ее сыном, которые, как оказалось, тоже не ходили на завтрак, поскольку отсыпались после вчерашней поездки. Мы посидели в ресторане, и я рассказал им о своем приключении, постаравшись сдобрить историю выдуманными на ходу смешными подробностями. Затем мы сходили на пляж, сплавали к коралловому рифу, прокатились на надувном банане – одним словом, окунулись в расслабленную курортную жизнь. К вечеру я уже практически позабыл о досадном происшествии, обошедшемся мне в общей сложности почти в восемьсот долларов.

Оставшиеся три дня я веселился, развлекался и вообще – старался максимально отдохнуть перед возвращением к суматошной московской жизни и напряженной работе.

Наконец настал день отъезда. Ранним утром автобус отвез нас в аэропорт, и всего через каких-то пять часов я в Шереметьево уже прощался со своей растроганной спутницей, уверяя, что позвоню не позже, чем через пару дней. Звонить, естественно, я не собирался, да и дама, похоже, прекрасно понимала, что продолжение знакомства вряд ли последует.

Наконец в отдалении я не без некоторого облегчения заметил длинную фигуру Ваки и, чмокнув на прощание даму в щечку, поспешил ему навстречу.

Ваке я набрал еще за день перед вылетом и попросил встретить (добираться до города на каком-нибудь местном таксере, жадном и хамоватом, у меня не было никакого желания). Пройдя к стоянке и уложив багаж в ваковскую «Тойоту», мы двинулись в сторону Москвы.

Минут десять Вака угрюмо молчал, и могло создаться впечатление, что ему совершенно не интересно, как я провел время в отпуске. Он то и дело теребил свой большой, почти бержераковский нос и что-то бормотал вполголоса. «Ругается, что ли?» – думал я, по возможности незаметно косясь на него. – Впрочем, он все время что-то бубнит себе под нос. Может, ведет дискуссию с воображаемым оппонентом по какому-нибудь важному научному вопросу».

Вака вообще был замечательной личностью. Впервые мы с ним встретились лет шесть назад. В ту пору я увлекся коллекционированием монет допетровской поры, или, как ее часто называют, «чешуи». Я даже написал статью по этому поводу в один толстый научный журнал. Именно в этом журнале я и познакомился с Вакой. Он там был завсегдатаем, поскольку постоянно публиковал материалы о предметах, которые изучал и собирал – то об орденах и медалях, то о монетах.