Просто посидим. Рассказы

 – Гиперреализм – современный стиль. У нас несколько работ. Детализация, доведенная до такого совершенства, что трудно различить, это живой человек или нет.

В голосе мадам слышалось восхищение:

– Легко спутать произведение и посетителя, нет четкой границы – создается иллюзия жизни.

– Брррр, выглядит жутковато.

Инспектор и мадам вошли во второй зал.

– Та странная девушка… она подолгу стояла у этой работы. Три раза в течение месяца приходила перед закрытием, – мадам указала на огромную, во всю стену, картину.

Инспектор подошел поближе, внимательно осмотрел картину, затем отошел, чтобы увидеть работу целиком, и спросил:

– Что-то необычное?

– Мы приобрели эту работу полгода назад у знаменитого художника Витковского. Его последняя серия «Футуристик» – соединение прошлого и будущего. Рыцари в облегченных доспехах, высотные дома а-ля готика, космические машины. В картине нет четкой границы прошлого и будущего – тематические и временные пространства перемешиваются, сталкиваются, создавая новые миры.

Галс вздрогнул от неожиданности, он увлеченно рассматривал работу.

– Да-да. Фантастика. Кажется, что их ветром принесло в картину. Динамично.

– Мужчины в рыцарских доспехах, дамы в длинных платьях со шлейфами, – продолжала мадам Кордье. – Вихрь объединяет композицию, миксует время, эпохи.

«Превосходный гид, – подумал Галс, – любит искусство и умеет рассказать о нем».

– Может, вспомните день ее исчезновения? Что-то примечательное.

– Лет тридцати, благородная бледность и худоба, в красивом черном платье с бриллиантовой брошью-бабочкой. Слегка старомодная. У меня есть даты в журнале посещений, она расписывалась.

– Все три раза подолгу стояла у этой картины, – мадам отвечала четко и по делу, но иногда сбивалась, путалась. «Что-то не договаривает», – подумал инспектор.

– У кого-то еще есть доступ к галерее?

Мадам замялась:

– Все свои.

– Что значит свои?

– Мой возлюбленный… он подрабатывает… залы убирает.

– Ну и где же ваш бойфренд? Мне надо его опросить.

– Он может быть в каптерке, – неуверенно проговорила мадам.

– Пройдемте.

Справа, при входе в другой зал, мадам Кордье что-то нажала под фотографией на стене, открылась потайная дверь, и они вошли. В комнате сидел испуганный мужчина средних лет, его воспаленные глаза бегали, перепачканные белым руки дрожали. В углу стояли большие черные мешки.