Бастард Олегович

Приехал нужный автобус с уродской огромной рекламой «Fix-price». Олег уже хотел вступить в автобус, как его смяла в сторону центнеровая мадам в бобровой шапке.

– Мужчина, вы или не стойте, или идите, не один здесь.

Как же злы, душны и тесны утренние маршруты. Казалось, что все выходят и заходят с таким усердием, как будто в поясницу упирается шмайссер ефрейтора с черепом на каске. А набит людьми транспорт, как будто конечная будет в Аушвиц-Биркенау.

– Да не стойте вы в проходе, в конце автобуса место есть, – упираясь в плечо Олега, прокричала на ухо кондуктор.

«Мне выходить скоро, я ж потом не выйду», – пошёл в конец автобуса. Проехав лишнюю остановку, он все же добрался до работы изрядно не ко времени.

– Олег блять, ты опять опоздал, ты когда во время приходить будешь? – грозные усы начальника недовольно растопырились.

– Антон Павлович, движение в городе вообще невозможное.

– Мне похую на твоё движение, я тебя штрафовать теперь буду, придёшь не в восемь – минус тыща от зарплаты, ты всё понял?

– Понял, Антон Павлович.

 – Рассерженный начальник, он же владелец магазина ушел важным крабом в свой кабинет.

– Чо, припечатал тебя опять Гандон Хуйланович, – с тихой ухмылкой послышалось из-за кассы. Сегодня была смена Маши. В эти дни Олег особенно усердно чистил зубы, а носки выбирал самые свежие.

– Да блин, ну а чо я сделаю-то, я шёл с остановки хрен знает сколько.

– Да ладно, не злись, побурчит и отойдёт, ты только глаза не мозоль ему сегодня.

Маша – одна из немногих, от кого Олег слышал слова поддержки.

Светлый лучик в Хозмаге «У Палыча». На секунду взгляд затупился на больших круглых грудях. «Может, спросить её насчёт вечера, а куда… В парк гулять, мне тридцатка уже, глупость какая-то, поужинать, и чо мы будем есть и смотреть друг на друга.»

– Олег блять, ты крепёж заказал? – послышалось из другого конца магазина.

– Да Антон Павлович, сейчас позвоню на базу и съезжу.

– Подвесы спроси трехсотые, потолще, в тот раз говно какое-то привёз.

– Хорошо, Антон Павлович.

– Ты проверь сразу. Что блять за поколение, как они живут вообще, всё объяснять приходится.

Следующие четыре часа Олег провел за обычной рабочей вылазкой на казенном Ларгусе. Разнообразные крепёжные пластины, уголки, подвесы и саморезы всех видов грузно подпрыгивали и гремели, когда колесо попадало в дорожную пороку. Звонок.

– Да, теть Ал.

– Олежка, привет, как ты там, давно не виделись, что-то не звонишь сам никогда родной тетке.