Сказка о демократии

– Была верховная власть! – вяло ответил Заяц

– Как был?! – не выдержав такого тона и отсутствия ясности, рыкнул Тигр. – Ты понятнее можешь объяснить?!

В этот момент, какими-то проблесками оставшегося сознания, Заяц понял, что сейчас не до спокойного упоения своим успехом. Желательно живым выйти из этой милой ситуации, в которой он случайно оказался. Жизнь неожиданно потащила его в захватывающую неизвестность. И было совершенно не понятно, за что ему такое счастье? Ведь он не делал ничего плохого! Но отступать было некуда.

Нужно нестись вперёд и во всю прыть.

– Я и объясняю, понятно и доходчиво! Был ваш Лев царём зверей, да весь вышел! Нет его больше! Вот подтверждение того, что Льва больше нет.

Заяц достал из кармана злополучный зуб. Повертел им у носов присутствующих. И потом, слегка шатаясь, задал риторический вопрос:

– Или вы считаете, что Лев лично подарил мне свой зуб на долгую добрую память? А сам живой и здоровый сейчас разгуливает без клыков по лесу?

Более убедительное доказательство, чем показать львиный клык, сложно было придумать для подтверждения недееспособности Льва.

Даже, если он остался где-то лежать живой, всё равно царь зверей с выбитыми клыками – это уже не власть и не царь. Тигр опять поперхнулся и рыкнул. А Лошадь громче прежнего заржала и начала гарцевать по поляне. Было не понятно это выражение радости или горя. Но одно не вызывало сомнений – звери переживали сильное эмоциональное потрясение.

Первой пришла в себя Лиса:

– Скажи, милый Зайчик, как же это получилось? Кто же теперь будет у нас царём?

– Поскольку наследников у Льва нет, то царём по закону престолонаследования считается тот, кто его победил.

Значит я! Просекаешь, рыжая?

– Ой, просекаю, просекаю, мой красавец Заинька! – Тут же запричитала Лиса. – Мне всегда нравилась твоя шёрстка и многое в тебе… что внутри, под шёрсткой нравилось… Ты у нас такой аппетитный!

– Получилось всё просто, – приободрился косой и стал рассказывать.

Здесь завиральная натура заячьей породы взяла своё. Зайца понесло. Он так долго и так много болтал о своей сокрушительной победе над Львом, что сам поверил этим россказням. Единственное, за что ему было обидно, так это то, что победу над лесным тираном одержал он один. А вот её плоды принадлежали всем. Это была какая-то вселенская несправедливость. Ему никак не хотелось делиться своей удачей и мифической победой. Поэтому он врал хвастливо и самозабвенно.