Тайны семьи Оурен

Дома я первым делом заглянула к маме в комнату. По ее взгляду я поняла, что папа уже сообщил ей о моем приходе в больницу. Мама была растеряна, но старалась не показывать это.

– Иди кушать, – сказала она, увидев меня.

– Ты ничего не хочешь мне сказать?

– Мы поговорим, когда приедет папа, – сказав это, мама вернулась к своей рукописи.

Я вымыла руки, переоделась, погрела суп. Настроение было паршивое.

Отец пришел домой поздно, но, не смотря на это, я все равно заставила его обсудить сложившуюся ситуацию.

– Мам, пап. Я хочу знать правду.

– Что ты подразумеваешь под словом «правда»? – спросила мама.

– Мама, хватит! Почему бабушка говорит, что у меня есть брат?

– Агата, солнце, – папа приобнял меня, – Правда – жестокая штука. Чаще всего мы оберегаем близких людей, и поэтому привираем им.

– Я хочу знать правду!

– Хорошо, – в разговор вступила мама, – У тебя действительно был брат. Ты младше его на два года. Когда твоему брату было полтора года, он заболел. Двухсторонняя пневмония, – мама запнулась, а в ее глазах показались слезы.

– Мой брат умер?

– Да, Аги, – папа ели сдерживал слезы, – Твой брат умер в тот день, когда тебе исполнился год. В день рождения дочери мы потеряли сына.

Я совершенно не понимала своего состояния.

– А почему нет ни одной его фотографии? – тихо спросила я.

– Нам было больно вспоминать его, – мама вытерла слезы рукавом своего халата, – Фотографии, конечно, есть. Просто мы убрали их подальше.

– Я хочу их увидеть.

Папа кивнул и подошел к шкафу.

С верхней полки он достал пожелтевший конверт, открыл его и достал оттуда несколько фотографий. На фотографиях был изображен совсем маленький мальчик. У него были совсем короткие волосы и яркие серые глаза. Но больше всего меня поразила одна фотография: этот мальчик сидел на диване, а около него лежал младенец.

– Это я? – я взяла фотографию в руки и долго рассматривала ее.

– Да, Аги, это ты, – ответила мама, – Это единственная ваша совместная фотография.

– Я хочу взять ее в свой альбом.

Кстати, вы так и не сказали, как звали моего брата.

Папа посмотрел на меня, потом на фото и сказал:

– Переверни ее.

Я повернула фотографию и увидела надпись: «Николя с новорожденной Агатой».

– Это Николя дал тебе имя, – улыбнулась мама, – Почему-то он очень хотел, чтобы тебя звали Агатой…

Я ничего не слышала. Мама еще что-то говорила, но мои мысли улетели далеко отсюда. Ну вот, одной тайной стало меньше. Теперь я знаю про брата Николя.