Про Петю и косточку

Вот я все старшей расскажу, будет тебе!

Вера замолчала и ретировалась обратно за свой пост, смиренно ожидая, реализует Галя свою угрозу или нет.

Лена подозвала Петю. Как ни странно, напряженная обстановка, сложившаяся в коридоре, придала ей решимости пройти побыстрее в пятую палату. «По-крайней мере, атмосфера там точно не может быть такой же бессмысленно грубой», – подумала она.

Галя посмотрела на пугливо выглядывающую из-за стойки медицинского поста Веру, взглянула на идущих к палате женщину с ребенком и успокоилась.

Все было именно так, как она и хотела: все делают то, что должно, и никто не оспаривает ее авторитет. Поэтому она решила не тратить время на кляузы старшей медсестре и неторопливо пошла заниматься своей работой.

Лена с Петей наконец открыли дверь в палату к Василию Степановичу.

Палата была не очень большой – в ней стояло четыре кровати, три из которых были заняты. Василий Степанович полулежал на своей койке, читая детектив Марининой. Увидев дочь, он повернулся к ней и сказал:

– Доча, ну ты представляешь, оказывается, интересно пишет она! А я думал, это какая-то бабская чушь.

А там такое происходит! Такой водоворот событий закрутился, и Каменская-то эта так здорово все расследует!

– Ладно, пап, я потом посмотрю, что за детектив. Ты лучше про себя расскажи.

– Эх, я-то ведь не знал, что в больницу ложусь, не взял ничего с собой почитать. Все как-то неожиданно так получилось. Хорошо, тезка, Василий Петрович, выручил – книжицу дал, а то ведь это тоска смертная – просто лежать.

Василий Степанович говорил медленно, с чувством, с толком, с расстановкой. Впрочем, как и всегда. Его слова про тоску смертную заставили Лену вздрогнуть и вспомнить, как всего лишь около часа назад она представляла себе, что он может умереть. Сейчас его речь была очень живая и полностью опровергала ее фантазии. Было очевидно, что он совершенно не собирается умирать.

– Папа, папочка, родной мой! – не в силах сдерживать эмоции, она бросилась обнимать его.

 – Как же я испугалась!

– Ну ладно тебе, доча, ну хватит, с кем ни бывает, приболел немного, – успокаивал ее папа.

Петя наблюдал это и радовался. Он понял, что его дед ничего хитрого не придумал, он просто заболел. Он заключил в своем маленьком сознании, что иногда люди болеют дома, а иногда – в больнице. И еще он понял, что вся тревожность его мамы волшебным образом куда-то исчезла, и что это волшебство каким-то образом делает его дедушка.