Психотренинг. Психологический детектив

Значит, надо искать в близком окружении Снегирева человека, который имел бы познания в психологии, психиатрии, наркологии. Что-то из этой сферы. Это не обязательно должен быть именно ЛСД. Есть и другие синтетические наркотики с подобным действием.

– Подождите, – вмешался Валерий. – Вы хотите сказать, что если, например, у меня имеется генетическая предрасположенность к шизофрении, о которой я сам не знаю, то при приеме ЛСД у меня начнется настоящая шизофрения?

– Весьма вероятно, – ответил Яша. – Самое плохое, что если она разовьется, то остановить ее сложно.

– Но ведь это не так просто определить. Есть ли такая предрасположенность у человека или нет? Тот, кто это сделал, должен быть специалистом, – продолжал Валерий.

– Мы об этом и говорим. Кстати, кто у нас специалист и в последнее время общался со Снегиревым? – это уже вставил Марк и посмотрел на Валерия.

Разумеется, это был юмор. Марк любил пошутить, но сейчас его ирония показалась Валерию абсолютно неуместной.

* * *

Первый день Антона в Москве был заполнен лекциями и презентациями. С профессором Никольской он созвонился и договорился встретиться на следующий день, ровно в полдень. Она предложила кафе недалеко от Института питания, где, по ее словам, предлагали чудесный бизнес-ланч. Антон немного удивился. Он почему-то ожидал, что Никольская пригласит его в свой кабинет. Профессор всегда ассоциировалась у него с чем-то официальным.

Кафе удалось найти почти сразу, хотя в Москве Антон ориентировался не очень хорошо. Внутри было уютно, стильно и довольно дорого, даже по московским понятиям. Он успел сесть за столик на двоих и заказать кофе, когда вошла профессор Никольская. Раньше Антону приходилось общаться с ней только на официальных мероприятиях. В этот раз ему бросилось в глаза – какого она маленького роста! На конференциях Никольская казалась выше, может быть, высокий статус подсознательно добавлял ей высоты.

Маленькая, в старомодном костюме, с седыми волосами, собранными в пучок, она тем не менее не выглядела старушкой. Это слово было абсолютно неподходящим для ее описания. Тем более не подходили «бабушка» или «бабуля»! Перед ним стояла пожилая, или, точнее, старая дама. Антон вдруг вспомнил, кого она ему напоминает. Это же Агата Кристи в старости! Тот же живой, любознательный взгляд и какая-то нарочитая старомодность в сочетании с известным кокетством.