Боргезия

– Одна пуля попала батюшке в крест, другая дьякону в Евангелие, а третья в икону угодила в руках у сторожа, четвертая застряла в стене, а пятая в гробу. Все остались живы – здоровы, если не считать самого покойного. Но это не в счет. А вот и наш агент… мы зовет его Тилем – стреляет уж больно метко… он сейчас все объяснит. Ты, стало быть, выпалил всю обойму и воскресшего, было, Лазаря отправил назад в преисподнюю.

– Выходит, что так. Только я выпустил в него все шесть пуль. Пять мы нашли, а одна пропала.

– Пуля пропала, а раненых нет? – спрашивает Грин.

– Нет, – с неудовольствием отвечает следователь.

– А откуда тогда этот кровавый след из-под гроба? – указывает Грин на пол.

– А вот мы и сами гадаем, откуда?

– Все ясно, – говорит Грин.

– Что вам ясно? – спрашивает следователь.

– Ясно, во всяком случае, – говорит Грин, – то, как было совершено преступление. Террорист был привязан под гробом ремнями, я уверен вы обнаружите их под покрывалом… посмотрите.

– И точно, – говорит следователь.

– Вот что произошло, – говорит Грин, – террорист стрелял из-под покойника, да не ожидал, что нарвется на ответные выстрелы, а потому выстрелил всего раза три или четыре. Получивши рану, упал под покров, а затем выкатился в сторону. Поскольку все попадали с перепугу, на него никто не обратил внимания. Отполз в сторону, сюда вот идет след, встал и пулю с собой унес. Все очень просто.

– Хм, просто! – передергивается агент.

– Но для чего такое дикое преступление? – спрашивает Обузов. – Я понимаю еще отомстить полиции, а здесь полный абсурд?

– Про мышь, подброшенную в икону, читали у Достоевского в «Бесах»?

– Так то-ж – литература…

– А это житейский вариант случая, описанного в литературе.

– Выводы… выводы… хм, – машет головой Обузов. – Я специально вас пригласил, – обращается он к Грину, – памятуя ваши заслуги перед отечеством в деле с проклятыми книгами. Хочу встретиться с вами в приватной обстановке для обсуждения еще одного не менее странного дела.

* * *

Столики в оранжерее расставлены вокруг небольшого бассейна, в котором плавают две голые девицы с русалочьими хвостами. Сидя на пальме пьяный человек во фраке раскачивается, дирижируя оркестром.

– Добрый вечер, ротмистр! – говорит Грин.

– Полковник уже.

– Вы всегда в штатском…

– И… не на виду.

– С вашей профессией в наше время лучше не высовываться.

– Да, наше время, наше время…

Человек с пальмы плюхается в бассейн.